«Ого, — подумал Ник Лов, — какой поток информации сразу». Во–первых, даже у синих, по–видимому, не так просто будет ему получить поддержку и взаимопонимание. Во–вторых, о многом могут сказать и виденные им номера на комбинезонах: и у этой группы число три тысячи на номерах не было превышено. Странно также, что люди шли вверх по лестнице пешком, а не воспользовались лифтом. И наконец, самое интересное — упоминание о каких–то шлюзовиках! Кто они? Почему проклятые? Уж не потому ли, что представляют какую–то часть населения корабля, несогласную с установившейся формой правления?
По возросшей силе тяжести Ник Лов понял, что они миновали лесопарковый этаж и спустились ниже уровня нормальной тяжести, приблизившись к оболочке корабля. Последний пролёт, и стража направилась к двери, ведущей с лестницы в коридор.
«Всего второй этаж», — заметил Ник Лов номер на двери. Далее, через один пролёт, внешняя оболочка корабля. Обычно в этих зонах содержались роботы, разного рода машины, редко употребляемые запасы, цистерны с жидкостями и тому подобное.
Его действительно повели по нижнему коридору. Навстречу попалось ещё двое зелёных. Они обменялись со стражей Ник Лова несколькими словами, выясняя, в какую камеру его посадить. «Неужели мне опять предстоит одиночка?» — невесело подумал Ник Лов и вздохнул с облегчением, увидев в открытой перед ним двери камеры, что навстречу им поднялась и вытянулась по стойке смирно фигура в синем комбинезоне. На левом предплечье человека, так же как и у всех, была нашивка с номером 02661. Стоя смирно, заключённый чётко доложил:
— Космит ноль два шесть шесть один! Жду обеда!
— Прими напарника, услышал Ник Лов. — Все, что узнаешь от него, доложи!
— Слушаюсь, — прозвучал ответ, — всё, что узнаю, доложу!
Ник Лов хмыкнул и подумал, что при такой организации системы доносов власть имущие вряд ли сумеют получить стоящую информацию.
Один из стражников нагнулся к рукам Ник Лова, щёлкнул ключом и освободил их от наручников. Стража повернулась к двери и, провожаемая взглядами, закрыла её за собой. Когда дверь закрылась, Ник Лов повернулся к соседу и стал внимательно его разглядывать. На этот раз он решил подождать, что тот скажет, понимая, что время у них есть, а лишние слова с его стороны, как он опять–таки успел убедиться, могут быть неправильно поняты.
Сосед Ник Лова был молодым мужчиной несколько меньшего роста, нежели Ник Лов, что, по–видимому, было общей закономерностью в развитии всего населения звездолёта, ибо все казались Ник Лову хоть и ненамного, но ниже его. В незнакомце чувствовалась физическая сила. Волосы были острижены не так коротко, как у стражи, глаза смотрели осмысленно, без страха и с любопытством. Правда, Ник Лов заметил смятение в глазах напарника, когда тот задержал взгляд на том месте, где должен был быть номер, но никакого страха или ненависти взгляд не выразил.
— Хотел сменить номер? — первым нарушил молчание сосед. Тон его был дружелюбен.
— Что же плохо подготовился и не пришил новый вовремя?
Ник Лов не спешил отвечать, стараясь узнать как можно больше и мысленно благодаря судьбу за то, что, по–видимому, ему попался разговорчивый собеседник, который поможет ему подкопить необходимые знания об обществе.
«Чей же ты потомок? — подумал Ник Лов. — От кого происходишь?» Ему вдруг стало казаться, что он улавливает в незнакомце черты то одного, то другого из своих прежних друзей, но Ник Лов отбросил эти догадки. Сменилось несколько поколений. Рассчитывать на сохранение генетического типа, которое, вообще–то, наблюдается у человеческого рода, можно. Но тогда не придётся гадать — сходство будет несомненным. Здесь же полного повторения нет, и он пока не мог угадать в соседе никого из своих бывших и давно умерших товарищей.
— Что же ты не отвечаешь? Ты из какой вахты? — продолжал спрашивать Ник Лова его напарник.
«А спрашивать–то нужно мне!» — подстегнул себя Ник Лов и в свою очередь ответил вопросом:
— Об этом потом! Ты лучше скажи, как тебя зовут?
— Зовут? — Тон человека выразил удивление. — Ты что, не видишь? Я же шестьдесят первый. А если хочешь полное название, то вот оно, — шестьдесят первый ткнул пальцем в свою нашивку, — ноль два шесть шесть один.
«Вот те на! — воскликнул про себя Ник Лов. — У большинства из них, оказывается, имен и нет, только номера. Какое оболванивание! Имена, вероятно, разрешается носить, начиная с жёлтой касты. На жёлтом, во всяком случае, Ник Лов номера не заметил.