— Дай им смысл жизни за тридцать рабочих дней, и я отпущу тебя домой.
— Что?!
Дядя Роберт протянул стакан — через разделявший их столик:
— За тридцать дней эксперимента на корабле пройдет тридцать лет. Раз в сутки — в их реальности однажды в год — ты сможешь оказывать на пассажиров воздействие: менять условия, подкидывать информацию, давать новые вводные. Ты не сможешь напрямую вмешиваться в их сознание.
— Но… разве… смысл их жизни — не сам полет?
— Для первого поколения да. Но рожденные на корабле дети могут решить, что этот смысл им навязали… Ведь так оно и есть.
Денис молчал. Дядя Роберт кивнул, подбадривая:
— Там нет ничего сложного, искусственный интеллект корабля исполнит любой каприз, но ты должен верно рассчитать, какие последствия будет иметь каждое вмешательство. Ты можешь сказать пассажирам правду о себе, об эксперименте, но это разрушит их картину реальности и приведет их и тебя к краху. Никому не нравится осознавать себя игрушкой.
— В чем суть эксперимента?
— Для тебя? Очень просто. Если ты приведешь к цели двести колонистов третьего поколения, осознающих смысл жизни… ты вернешься к матери, отцу, брату и сестре, которые тебя нежно любят.
Денис ничего не смог сказать — у него перехватило горло.
— Кстати, забыл сказать, — дядя Роберт улыбнулся. — У тебя будут помощники. Завтра вы познакомитесь.
«ЛУЧ». ЛИЗА
— …Если кто–то боится, лучше сразу заткните уши. Это очень, очень жуткая сказка.
Они придвинулись ближе — вся подшефная группа, пятнадцать сопящих носов, тридцать горящих глаз. Дело было в спортзале, на мягком полу под уходящими вверх канатами, лестницами, конструкциями для воздушной гимнастики. Казалось, сверху нет ни неба, ни потолка.
— На одном корабле был запертый люк, — Лиза говорила тихо и отрешенно. — Его нельзя было открывать никому. Когда кораблю отдавали приказ — кто угодно, даже самый взрослый и самый главный лидер, — корабль отвечал так: «Никогда, никогда человек не должен заходить в тот отсек! Я не открою люк!»
Тишина. Сопение.
— А на том корабле родился один мальчик. Он был гений, потому что его родители отредактировали его геном специально. Когда ему было пять лет, он пообещал детям в своей учебной группе, что откроет запертый люк…
— Дурак! — не выдержала Софи.
— Слушай дальше. Мальчик вырос и стал хакером. Он разобрался в исходниках корабля, взломал искусственный интеллект…
— Ну дурак! Дурак же!
— …И когда он подошел к люку и велел кораблю открыть его, люк зашипел вот так — ш–ш–ш…
Софи зажала ладонями уши. Ее примеру последовали Саша–третий и Роджер.
— И люк открылся. Мальчик вошел и сперва ничего не увидел. Там было темно. Но потом его глаза привыкли к сумраку, и он увидел…
Софи отбежала подальше, чтобы точно ничего не слышать, — но никак не могла уйти, разрываясь между страхом и искушением.
— А там висят мертвые люди! Их повесили за ноги, вниз головой! Он посмотрел на них и узнал своих соседей, родителей, их друзей — весь экипаж! Все люди на корабле давным–давно умерли, а те, кто притворялся людьми, — были компьютерные программы!
— Хватит! — тонким голосом крикнул Роджер, его трясло. — Не рассказывай, очень страшно!
— Тут и сказке конец, — примирительно сказала Лиза. — А кто слушал — молодец…
— А что с ним потом стало? — шепотом спросила Йоко. — С этим мальчиком?
— Он переписал свою память в память корабля и дал системе приказ взорваться. И вот весь корабль…
— Не надо! — взмолился Роджер.
— И жили они долго и счастливо, — Лиза улыбнулась, показав зубы.
— Кто жил? — маленький Дима не умел понимать иронию. — Кому там было жить, если все умерли?
— Они так играли, — рассудительно сказала Йоко. — Потом те, кто умерли, встали и пошли.
Лиза потрепала ее по черным, блестящим, гладким волосам. В глубине души она, как и эта девочка, верила, что смерти нет. Может быть, она есть на Земле, где леса и океаны, где водятся киты и живут миллиарды людей. Но здесь, на «Луче», еще никто не умирал.
ДЕНИС
Он полежал минуту, глядя в белый потолок. Глаза открылись легко, а ведь еще полчаса назад ему снилось, что веки срослись и никогда больше не откроются.
Или не полчаса назад? Сколько времени прошло?
Он помнил далекую сирену, рев мотора, разговор в самолете… и все. Дядя Роберт протянул ему стакан с водой… Или не водой… И с тех пор Денис ничего не помнил. Где находится этот белый, с синеватым отливом потолок… и таблетка пожарной сигнализации в углу? И светло–бежевые стены?