— Я поздравляю вас, коллега! — Милфорд пожал Арнольду обтянутую толстой резиной руку. — Ганн! Немедленно задокументировать: 24 июня 1886 года в десять часов тридцать семь минут состоялся первый в истории прожиг переборки, отделяющей безымянную «темную зону» от территорий Объединенного Королевства…
Пока Милфорд диктовал, а Телье и Киллиан поздравляли друг друга и Арнольда, я отошел к майору Шефнеру. Тот изучал образцы атмосферы при помощи маленькой химической лаборатории: колбы, реторты, тигли, пробирки — с реактивами и пустые — стояли перед ним на раскладном столике.
— Надеюсь, что опасения комиссара Пибоди окажутся напрасными, — сказал я, наблюдая, как ловко управляется майор с посудой и реактивами.
— Я тоже, — ответил он.
— Майор, ваша специализация — отравляющие газы? — спросил я полушепотом.
Шефнер взглянул на меня, но ничего не ответил. У Комитета Безопасности — свои тайны. Я понял, что слухи, которые просачивались в прессу, о новых способах ведения войны и о чудовищном химическом оружии, имели под собой основание.
Воодушевленный Милфорд решил не терять время и отдал приказ готовиться к вскрытию переборки. Студенты под руководством Арнольда, которое чаще всего заключалось в нервных окриках и междометиях, принялись выгружать из фургона и устанавливать остальное оборудование. Это были сплошь прототипы, и я не видел ничего подобного раньше, хотя, работая некогда на концерн «Надсон и Сын», привык иметь дело с передовой техникой.
При помощи магнитов к переборке крепились направляющие вроде рельс. На направляющие было посажено сопло, которое соединялось шлангом в металлической оплетке с массивным баллоном. К моему изумлению, в баллоне оказалась вода. Но не простая, а с добавлением гранатового песка. К тому же в баллоне она находилась под высоким давлением.
Ассистенты проверили, легко ли движется сопло по направляющим: устройство описало овал высотою в семь футов и шириною в пять и вернулось в исходную точку. В движение его привели вручную посредством троса и нехитрой подвесной системы.
— Джентльмены! — послышался голос майора Шефнера. — За переборкой — пригодный для дыхания воздух.
Милфорд перевел дух.
— Тогда — с богом! Мы находимся в шаге от великого открытия. Сегодня человек, гражданин Объединенного Королевства, впервые ступит на «темную зону». Для меня будет огромной честью сделать этот шаг вместе с вами! Коллега! — Он повернулся к Арнольду. — Начинайте!
Арнольд заправил бороду под фартук. Надел очки–консервы, затем дал знак ассистенту, и тот с видимым усилием повернул на баллоне с водой кран.
Тончайшая струя ударила из сопла в поверхность переборки. Второй ассистент профессора Арнольда принялся крутить ручку привода, отправляя сопло вдоль направляющей. Я с изумлением обнаружил, что струя воды оставляет на металле четкий и глубокий след.
Профессор Арнольд стоял посреди клубов водяной пыли, уперев руки в бока.
— Больше! Больше давление! — ревел он, отдавая распоряжения. — Вращать равномернее!
Сопло пошло по второму кругу. Сверкнули искры, и дневной свет резко потускнел, суля то ли дождь, то ли кару господню.
— Не останавливаться! — точно сержант на поле боя, заорал на ассистентов Арнольд. — Убью, если кто–то прервет процесс!
Неожиданно всех охватил ужас, но останавливаться было поздно. К тому же мы уже ничего не могли изменить. Сегодня параллельным прямым суждено было пересечься. Два разных мира становились одним целым. И завтра никогда больше не будет похожим на вчера.
Вырезанный водой металлический овал вывалился в «темную зону». Контуры отверстия на несколько мгновений скрылись за завесой пара, а затем врата в другой мир открылись нашему взору.
Мы стояли, пораженные собственным дерзким поступком. А Арнольд сорвал очки и перчатки, устремился к отверстию. Милфорд кинулся следом, страшась уступить лавры первопроходца.
А потом пришла очередь остальных сбросить с себя оцепенение. Студенты наперегонки метнулись вперед, но Милфорд поднял руку, и все сбавили шаг.
Два профессора стояли плечом к плечу и глядели на открывшийся им пейзаж.
— Поздравляю, Джошуа! — пробурчал Арнольд. — Признаки симметрии несомненны.
Сказано это было таким тоном, что я не понял — искренен ли технолог или же язвит.
— Благодарю… — выдохнул Милфорд. Он извлек из футляра подзорную трубу, раздвинул ее и приник к окуляру.
И в следующую секунду мы во все глаза смотрели через окно, появившееся в монолите переборки, на «темную зону».