— Нельзя ли побыстрее?
— Спокойно, — ответил Кастелло. — Оно не убежит…
К нашему удивлению, он вытащил обыкновенную рыбешку. Ну, не совсем обыкновенную — она была совершенно черного цвета, с маленькими розовыми пятнышками на спине, как у форели. Кастелло изучал ее около десяти минут, особенно внимательно рассмотрев жабры и зубы.
— Просто рыба! — наконец констатировал он. — Проделать такое путь из–за обыкновенной рыбешки!..
Он поменял крючок на новый, размером с человеческий палец. На крючок насадил только что пойманную добычу.
— Посмотрим, что будет сейчас, — пробормотал он.
На этот раз мы прождали около получаса. Я начал было отчаиваться, когда Кастелло снова энергично подсек улов. По его горящим глазам я понял, что на этот раз удача больше.
— Крупная! — подал он голос. И тут же добавил: — Не меньше тюленя.
Наконец то, что так яростно билось на крючке, шлепнулось на лед. Вид этого существа изумил нас. Это было что–то черное, с короткой блестящей щетиной, похожее одновременно на выдру и на маленького тюленя. Но голова его была совершенно рыбья.
— Вот так штука! — после тщательного изучения зверя сказал Толя. — Это млекопитающее. Дышит жабрами, а потомство кормит молоком, как обыкновенная кошка. Похоже, этот океан полон чудес…
— Пора ехать! — сказал я. — Нарушаем график.
Забрав добычу, мы тронулись в путь. На этот раз мы скользили на запад, в сторону заходящего солнца. Кастелло связался с базой — там все шло нормально.
Ледяная равнина простиралась перед нами по–прежнему безжизненная и однообразная. Мы были достаточно возбуждены и не обращали на окрестности никакого внимания. Говорили только об океане, о тайнах, которые он скрывает. Особенно радовало нас то, что мы обнаружили млекопитающее, хотя бы и с жабрами. Толя предполагал, что в океане непременно есть и другие животные — более высокого вида.
— Может быть, вся эволюция прошла у них в океане, — говорил он. — А суша всегда была пустыней…
— Похоже, что это не так, — сказал Кастелло. — Глуши двигатель! Но на тормоза не жми……
Я выключил мотор. Сани продолжали бесшумно скользить по инерции…
— Что такое?..
— Глядите! — сказал он чуть ли не шепотом, словно боясь спугнуть кого–то. На небольшом ледяном холмике, немного правее нас, сидело удивительно знакомое существо. То была просто–напросто собака. Правда, она немного смахивала на гиену — такая же грива торчала у нее на шее — и все–таки собака.
— Что за чертовщина! — воскликнул пораженный Толя, созерцая чудо, неподвижно восседавшее на льду. — Может быть, у нас начались галлюцинации?
— Заводи! — сказал Кастелло. — Подъедем к ней…
Двигатель негромко заурчал, сани легко заскользили по склону холмика. У меня было такое чувство, что собака смотрит мне прямо в глаза — испуганно и зло. Когда мы были от нее в десятке метров, она вдруг отвратительно взвыла и бросилась удирать. Я выжал педаль скорости, сани рванулись и полетели по льду. И все же наша попытка догнать беглянку провалилась. Животное бежало с необыкновенной скоростью — около семидесяти километров в час. Это было бы пустяком для саней, если бы не началось неровное поле, усеянное ямами и ледяными глыбами. Не было никакого смысла ломать себе шею из–за простой собаки. Кастелло открыл люк и схватился за оружие.
— Оставь! — крикнул я. — У нас будет время поймать ее.
Кастелло захлопнул люк, я уменьшил скорость, чтобы развернуться.
Собака скоро пропала из виду.
Я сориентировался и поехал в сторону базы. Долго молчали.
— Чем же может здесь питаться собака? — задумчиво произнес Кастелло.
— Это дикая собака, — ответил я. — А они, как известно, питаются более мелкими и слабыми животными…
— А чем, в свою очередь, питаются эти мелкие животные? Травой? Насекомыми?..
— Рыбой, — улыбнулся Толя.
— Но нам не попадалось никаких следов.
— Собачьих в том числе. Однако собаки есть.
Наше открытие действительно было потрясающим. Млекопитающее в океане — это было допустимо и, в общем–то, естественно. Но собака на льду? Собака не могла быть не чем иным, как последним звеном очень долгой эволюционной цепи. И этот эволюционный процесс должен был развиваться при условиях, очень близких к земным, чтобы прийти к похожему результату. Но тогда вставал вопрос: куда делись другие животные?.. И каким образом во время долгого периода оледенения мог уцелеть единственный вид?
— Может быть, не единственный? — вслух подумал Кастелло. — Хотя я не могу себе представить другие… И где?..