Я не сразу понимаю, что именно — кто именно — передо мной находится.
Черты лица те же, цвет волос, вероятно, тоже. Я наклоняюсь и стираю иней с ящика. Ниже — другое тело. Еще одно лицо в профиль. Я встаю на цыпочки и бешено стираю иней. У этого трупа нет головы, а тот, что над ним, лежит ко мне спиной.
Оттолкнув мальчика, я иду к противоположному ряду. Прыгаю, заглядывая в другие ящики. Тела наверху, внизу, со всех сторон. Я поворачиваюсь к следующему ряду; ладонь уже горит от холода, но мне все равно. Я смахиваю иней другой рукой.
Десятки ящиков, сотни замороженных тел; ряды, уходящие в сапфировую даль. Я уже осмотрел двадцать или более ящиков. Все лица похожи на меня. Все одинаковые.
— Понял? — спрашивает мальчик, дрожа от волнения.
Женщина грызет ногти.
Новые слова и воспоминания ничего не значат. Не хочу думать, не хочу понимать. Хочу быть пустым.
— Нельзя здесь оставаться, когда придет сила тяжести, — говорит женщина.
Она нежно берет меня за руку и ведет по длинному коридору, затем направо, прочь из синевы, к теплым комнатам, где людям дают еду, где живые люди находят теплый прием.
Меня вталкивают в нагретое помещение. Нас встречает цветочная сладость джунглей. Я падаю на подушку и плачу — рыдаю, как ребенок.
Мальчик наблюдает за мной с удовольствием, женщина — с удивлением.
— Все не так плохо, — говорит она успокаивающе. — Ты всегда возвращаешься.
Я уже был здесь. Отрицать увиденное невозможно. Я был здесь сотни, тысячи раз — пытался сделать то, для чего я предназначен… И каждый раз терпел поражение.
Каждый раз я умирал.
Часть II
Дьявол
Книжник
В комнате мальчика есть обычная подушка и раскладывающийся кокон, а также странные брусья и пружины — возможно, оборудование для тренировок. Со стен и потолка свисают длинные тросы — за них удобно хвататься, когда исчезает сила тяжести. Посреди комнаты из пола поднимается широкая труба; у нее крышка с квадратным отверстием. Из отверстия появляются караваи, а если вставить в него бутылку, то она наполняется водой из выезжающего крана.
Если Корабль тебя распознает, ты получишь все необходимое, и ничего больше — словно хомяк.
После еды все умолкают, и вдруг до меня доходит: они ждут, что я уединюсь в другой комнате и буду читать книгу. Поступать так мне совершенно не хочется, но, похоже, это часть ритуала. Так уже было раньше.
Возможно, я — единственное развлечение.
Я настолько погружен в размышления, что замедление застает меня врасплох; спотыкаясь, я спешу в пустую комнату, пока сила тяжести не исчезла окончательно.
Там я медленно лечу от одной стены к другой, отказываясь хвататься за тросы. Делаю вид, что лежу и отдыхаю.
Мне страшно открывать эту проклятую штуку. Я — это я, а все остальные… Не хочу сталкиваться с неразрешимой проблемой. Проблемой индивидуальности.
Возможно, моя память просто дублирует то, что написано в книге. Возможно, кто–то изучил мои знания, принял все существующие решения, полностью лишив меня выбора. Возможно, кто–то прожил мою жизнь до самого конца.
Я внимательно рассматриваю книгу — и почему–то мне кажется, что она моя. Ее создал другой… Но я в это не верю — пока не верю. Я — это я, и другого такого нет. Это непреложный факт — до тех пор пока я не открою книгу.
Я кручу ее в руках уже час. Ее пластмассовые страницы тоньше, чем у той, что лежит в кармане. Хрупкий слой клея объединяет их с черной обложкой — потертой, покрытой пятнами, словно ее оторвали от большой пластины, найденной в куче мусора. Возможно, пятна — это кровь. Кроме того, по краям страниц видны темные отметины.
Быть может, сейчас я совершаю самоубийство. Сколько раз я уже отказывался открывать эту книгу, повторяя ошибку за ошибкой, отвергая горький опыт предшественников? Я знаю, что прожил много лет и десятилетий, что меня не просто выдавили в мешок и разбудили раскруток двадцать назад. Вера в это необходима, для того чтобы сохранить рассудок. Теперь, разумеется, настало время проклинать своего создателя — Корабль, Управление Кораблем или Бога…
Это слово — эта идея — приходит мне в голову впервые. Казалось бы, оно должно открыть столько новых дверей… Ничего подобного. Слово на удивление пустое, мне гораздо ближе понятие «Управление Кораблем» или даже «Штурманская Группа».