– А чего они не продают концентраты? – спросил у меня Хэнк. – Это ведь, как я посмотрю, в восемь раз выгоднее.
– Всё просто: низкая скорость обработки руды. Пока один «Жнец» обработает всю загрузку своего трюма, превращая руду в концентрат, другие шахтёры сделают до восьми-десяти ходок с втрое большим трюмом с рудой на обогатительный завод или на «Матрону». Вот и считай, что получается, – объяснил я. – Что касается нас, думаю, смогу поднять производительность обогатительного оборудования в несколько раз и покупать собираюсь не один, а несколько «Жнецов».
– Всё же думаешь, стоит влезать в эту шахтёрскую волокиту? – спросила у меня Грея.
– Смотри, даже если в каждом астероиде окажется всего около миллиона тонн раксанитового концентрата, то это всё равно уже восемьсот миллионов кредитов, – ответил я. – Затраты на покупку кораблей, покупку катализаторов реакции, топливо и наём шахтёров будут вряд ли больше десяти миллионов. Да, эти деньги мы получим не за один день. Но это того стоит.
– Тогда ждём Лори и рассказываем о появившемся шансе заработать много денег, – произнесла Грея. – И, думаю, шахтёров можно набрать на планете ордена. Поставить им нейросеть второго-третьего поколения, дать базы пилота, шахтёра, техника и инженера. Пусть отрабатывают тут затраты по нормальным зарплатам, а потом могут остаться. Могут вернуться и помогать уже своей планете.
– Думаю, желающих будет немало, – произнёс Хэнк. – Сейчас идея космоса у нас на планете весьма популярна. Благодаря ордену все знают о существовании других миров. Так что пару десятков, а то и сотен, человек можно будет набрать.
– А я думал об автоматизированной добыче при помощи дроидов под контролем искина, – немного недовольно произнёс Ренди.
– Тоже надо проработать и эту идею. Так можно будет сэкономить на людях. Но всё же для контроля искина нужны будут люди, – произнесла Грея. – А теперь выкини эти камни из моего фрегата. Я не хочу опускать наш корабль до какого-то шахтёра, – приказала она Ренди.
– Сделаю, но я надеюсь на процент с добытых ресурсов, – сказал Ренди.
– Думаю, на процент, а то и два, от прибыли можешь рассчитывать, – произнесла Грея. – Орден никогда своих членов в деньгах не обижает. – Тут Грея была полностью права. У меня своих личных денег было уже больше ста тысяч кредитов, скопившихся за последнее время, и это притом, что я покупал множество вещей. А ведь были и счета корабля, на которых денег в разы больше, и многие затраты на нас оплачиваются как раз оттуда.
– В следующий сеанс связи с голонетом я посмотрю, что есть из кораблей в продаже. И вообще просчитаю экономичность нашей задумки, – произнёс я. – А пока мне пора возвращаться за работу. Ты бы только знал, сколько мороки со стабилизатором напряжения на правом борту фрегата. Я же заменил все энерговоды, но всё равно напряжение скачет как бешеное. Больше чем в сто раз. Если бы не палладиевое напыление, то замучался бы устранять пробои.
– А что у тебя с медицинскими базами? – спросила у меня Грея.
– Учу в свободное время под медикаментозным разгоном, но ты сама знаешь, что свободного времени у меня не так уж и много. – Тут я намекнул на то, что ночи провожу с ней в постели вместо того, чтобы в медицинской капсуле изучать базы знаний. А без разгона скорость изучения почти в пять раз ниже.
– Думаю, следующие два дня у тебя как раз будет свободное время на изучение баз, – ответила мне Грея, посмотрев слегка обиженным взглядом, мол, чего это я делаю её виноватой в своих проблемах.
– Как скажешь, – ответил я, поняв, что следующих два дня придётся обойтись без её близкой компании. – Как у тебя с ментоскопом?
– Я решила проверить метод считывания чужого восприятия в момент ментоскопирования. Ты просто не представляешь, насколько чёткие воспоминания удаётся получить при таком методе, – похвасталась Грея. – Когда в следующий раз увижу отца, поблагодарю его за идею. Жаль, что он сам не может пользоваться ею из-за своей псионической слабости. – Тут она немного взгрустнула. – Ренди, раз больше ничего у тебя для нас нет, то все возвращаемся за работу.
Покинув трюм, я сразу направился к своему рабочему месту. Вообще, было непонятно, из-за чего происходят такие скачки напряжения. Сканер-диагност показывает полную исправность, но скачки происходят регулярно.
Для того, чтобы найти причину скачков, пришлось потратить больше восьми часов. Всё оказалось просто: тот, кто ремонтировал корабль после боя, обошёл некоторые повреждённые места по резервному энерговоду. После восстановления оказалось, что резервный энерговод числится основным, а основной стал внезапно резервным. Вот и шло питание большей части оборудования на правом борту через резервный энерговод, изначально рассчитанный на меньшие нагрузки, чем те, которым он подвергался.