Посадка в пустом ангаре много времени не заняла. Уже через пять минут я покинул истребитель для того, чтобы упереться в боевого дроида, который сопроводил меня к диагностическому кругу.
После того, как подтвердил свою личность, я смог вернуться к истребителю и провести его дозаправку. Лучше держать его заправленным на всякий случай.
– Алекс, а вот и ты, – произнёс знакомый голос из-за спины. Обернувшись, я увидел профессора Хэсса
– Профессор, вы уже на борту.
– Да, и я тебя жду с последними данными, которые ты снял в системе. Возможно, потребуется взять что-то из дополнительного оборудования.
– Я ещё взял плоть иссушенных людей на борту спасательного бота, который болтается на стационарной орбите планеты, – сказал я, доставая из контейнера на скафандре запечатанные останки в герметичной упаковке. – Вроде бы они просто лишены влаги, но на всякий случай проверьте, нет ли какой опасности.
– Да кто же так носит образцы, солдафон тупоголовый, – выдернул у меня из рук останки Хэсс и убежал в одном ему известном направлении, бурча при этом обо мне, который едва не испоганил образцы.
– И мне было с вами приятно пообщаться профессор, – произнёс я уже пустому месту.
Отправив снятые сканерами данные помощнику профессора, закончил приводить в порядок истребитель, после чего по установленному трапу прошёл на станцию, чтобы повидать Грею.
На борту станции было довольно людно. Шахтёры, которые сейчас были не на смене, просто гуляли по станции и отдыхали. Очередь в мини-парк в столовой была расписана на несколько дней вперёд, вот остальным и приходилось довольствоваться тем, что есть.
Грею я нашел в её кабинете, где она под руководством Руфуса разбиралась с отчётами. Вообще, эту работу мог выполнять и искин, но если всё поручить искину станции, то сам человек разбираться не будет.
Немного полюбовавшись работающей Греей, я громко кашлянул. В следующий момент мне пришлось уходить от траектории выстрела игломёта, который оказался у неё в руке.
– Обязательно было пугать? – спросила Грея у меня. – Я ведь могла и выстрелить.
– Нельзя уходить настолько в себя, – произнёс я. – А если бы это был враг?
– Алекс, этот кабинет очень хорошо защищён. Сюда проникнуть может всего три человека на борту этой станции, – сказал Руфус. – Где, как не здесь, чувствовать себя в безопасности?
– Дома, например.
– Эх, если бы этот дом ещё был у нас, – вздохнул Руфус. – Правительство моей родной планеты, стоит мне появиться, спустит на меня все свои силы. Эх, зря я провёл в молодости ту аферу. Ну ладно, сегодня не вечер воспоминаний. Алекс, тебе скоро улетать, так что не буду вам мешать.
– Спасибо, – произнесла Грея, и едва закрылась дверь кабинета, я активировал открытие скафандра. Она же начала стаскивать с себя свой комбинезон.
Лишь через минут сорок, утолив свою похоть, мы вновь оделись и уже спокойно начали общаться. За прошедшие пять дней Руфус научил правильно выбирать людей для выполнения заданий. Ей как псиону было это несколько проще, чем обычным людям, но всё равно необходимо разбираться очень хорошо в психологии, что Грея не сильно умела делать.
Руфус выдал ей из своих запасов специализированные базы знаний по работе с людьми. Эти базы были запрещены к широкому распространению и выдавались лишь представителям службы безопасности по спецразрешению. Только вкратце послушав, о каких вещах там информация, я понял причину запрета. Там довольно подробно разбиралось, как без всякой псионики заставить делать человека то, что тебе нужно; как стать за короткое время лучшим другом кого угодно и как выстроить вертикаль взаимоотношений в обществе.
Очень опасные знания, и я даже рад, что не все люди владеют доступом к подобной информации. Так что Грея загружена была очень сильно. Как мне кажется, основным заданием Руфуса было не столько организовать работу шахтёрской компании, сколько научить быть правильным руководителем Грею.
Я же вкратце рассказал о том, что со мной произошло за этот короткий полёт. Грея весьма заинтересовалась древними спасательными ботами. Так что, если профессор не будет против, можно будет парочку из них притащить сюда. Грея хотела сделать из них нечто похожее на внутрисистемный автобус, чтобы не гонять шахтёрские корабли для пересменки к станции, а на автобусах развозить людей по кораблям.
– Не знаю, насколько в этот раз затянется доставка профессора и возвращения. Но в планах Руфуса у нас на всё десять дней, – произнёс я. – С учётом форс-мажора – пятнадцать, так что нам в любом случае вновь предстоит расставание на довольно большой срок.