– Я как раз ради этого и подошёл, – сказал Ростик. – Он очнулся первым. Причём не только в нашей клетке, но, как мне кажется, и среди остальных, – произнёс он, указывая на другие клетки, где люди только начинали приходить в себя.
– Ну, знаешь что-то? – с нетерпением посмотрел на меня Сергей. Я же в свою очередь решил не рассказывать о своём разговоре с Захаром, поэтому отрицательно помотал головой.
– Чёрт, а я-то надеялся, что вы хоть немного проинформированы. Со стороны вы выглядите собранно и уверенно.
– Предлагаю держаться вместе, – сказал Зуб. – Мы тут единственные адекваты, а то вон посмотри на остальных. – Те самые остальные в нашей клетке кричали, требовали освобождения, адвоката, угрожали расправой, хотя и не все. Бомж за время нашего разговора подполз к нам и незаметно прислушивался к разговору. – Гхм, а ты как тут оказался?
– А возле вас спокойно, – произнёс бомж. – Разрешите представиться: бывший главный инженер «Антонова» Вениамин Сигизмундович Израилевич.
– Вот только жида тут не хватало! – завопил Ростик. Он явно был недоволен появлению еврея в нашей компании. – И чего ты бомжевал? Что, родня не помогла?
– О! Они как раз очень сильно помогли мне, – ответил он. – Да, сильно, – задумчиво повторил бомж и после небольшой паузы продолжил: – Лишиться трёхкомнатной квартиры в центре города после того, как вышел по состоянию здоровья на пенсию. – Вот теперь в его словах слышалась даже не злость, а ненависть.
– Тогда добро пожаловать к нам, – решил я немного разрядить обстановку. – У кого какие идеи, для чего нас похитили и, собственно, кто?
– Последнее, что я помню, это как мне позвонили из адвокатской конторы и сообщили о внезапном наследстве от брата моей бабушки. Он ещё лет двадцать назад уехал в Америку, – произнёс Сергей. – Помню, как вошёл в офис, а потом жжение на шее и всё.
– Позвонили из больницы и сказали, что анализы, которые я сдал на последнем медосмотре в охранном агентстве, не очень хорошие, и что я должен приехать для разговора с врачом. А дальше то же самое: как только вошёл, почувствовал жжение в шее, и следующее, что помню, это пробуждение от звуков рвоты тут в клетке, – рассказал Ростик, массируя заднюю часть шеи – именно в то место пришлось воздействие.
– А я просто украл в магазине бутылку, спрятался в переулке и собрался опохмелиться, но не успел. Подбежали охранники и вмазали дубинкой по голове. В следующий раз очнулся уже тут. И я даже рад этому, – довольно усмехнулся Вениамин. Ему точно уже за пятьдесят. Судя по всему, он самый старший из нас.
– Поясни? – недоумённо спросил я у Вениамина.
– Вы ничего не заметили? – ответил он вопросом на вопрос. – Ох, ну и молодёжь невнимательная пошла. Я ведь на пенсию вышел не просто так. Моя правая рука была травмирована и парализована, а теперь, смотри, шевелю так же как и левой. Да и вообще не чувствую болячек, а за три года на улице я нахватал многого.
– Хм, а ведь что-то такое есть, – протянул Ростик задумчиво. – Меня ведь из армии уволили не просто так: когда-то подстрелили в ногу, а теперь я не чувствую раны, хотя она болела постоянно, особенно при смене погоды, – после этого он посмотрел на меня с Сержем.
– Я здоров был, так что если что-то и было, то этого не чувствую, – пожал я плечами.
– То же самое, – подхватил Серж. – Кстати, а ты кто по жизни и как сюда попал? – спросил он у меня.
– Видеоблогер, – немного смутился я. До сих пор говорить о том, что получаю деньги благодаря кривлянию на камеру, было немного стыдно. А после рассказал им об истории попадания сюда, умолчав о странных людях и Захаре. Почему-то казалось, что так будет лучше.
Продолжить наш разговор не дали новые действующие лица, незаметно появившиеся в помещении. Это были три человека, которые подошли к одной из клеток, после чего дно у неё исчезло и все находящиеся в ней люди упали в образовавшийся провал.
В каком-то странном порядке они обошли ещё десяток клеток, после чего подошли к нашей. Мы на всякий случай схватились за прутья клетки, чтобы удержаться, но стоило исчезнуть дну, как по прутьям прошёл разряд электричества. Все упали вниз. Но лететь далеко не пришлось – уже спустя секунду мы упали на мягкий пол, как оказалось, какого-то транспортного средства. Через секунду над нами закрылся потолок, и мы в полной темноте куда-то поехали, судя по ощущению инерции.