Наградив Нико одиннадцатью тысячами кредитов из тех, которые вносили за участие бойцы, я решил присмотреть за ним и в случае чего взять на роль своего помощника.
Следующие дни прошли однообразно. Завтрак, работа по обучению и развитию бойцов, обед, сон, во время которого я учил базы знаний, ужин и снова сон и базы знаний.
Лишь на пятый день Ростик покинул ментоскоп. Но на этом мало что изменилось. Если Скорт и получил результаты ментоскопирования, то он не спешил ими делиться со мной.
Спустя ещё четыре дня он пригласил нас в медицинский отсек. Помимо Скорта там же находился Док, и, судя по искривленному лицу, он не был рад тому, что его отвлекли от очередного проекта.
– Искин проанализировал вашу память, – произнёс Скорт и сделал драматическую паузу.
– И что? – спросили мы.
– Добро пожаловать в команду, – усмехнулся Скорт. – Док, снимешь им украшения и проведи генную терапию по первому варианту.
– Ты уверен, что стоит тратить на них такую ценность? – неуверенно вопросил Док.
– Капитан дал добро на это, так что уверен, – сказал Скорт.
– Что за генная терапия? – полюбопытствовал я у Скорта.
– Ты обратил внимание, что ваши тела подошли к физическому пределу?
– Есть такое. Это действительно было так, сколько ни пытались тренироваться мы с Ростиком, но сильнее удавалось становиться буквально на сотые процента. А ведь до этого прогресс был гораздо заметней.
– А дальше можно пойти двумя путями. Во-первых, это импланты. Но импланты это будет не ваша сила, выносливость или скорость. Это будет их результат. Второй путь заключается в том, чтобы изменить свои гены и отодвинуть предел дальше. Делается это не за раз. Это требуется сделать сотни раз. Но уже после первой генной терапии через пару месяцев ваш организм обновится, и вы вновь сможете развиваться. И да: изменения наследственные.
– Так можно делать бесконечно?
– Ну, насчёт бесконечно ты погорячился. Мной было пройдено тридцать две терапии за двадцать лет. Теперь я в четыре раза сильнее самого сильного обычного человека без имплантов, быстрее, выносливее, реакция выше. И главное – теперь могу прожить в четыре раза дольше, – рассказал Скорт. – Ваш куратор прошёл за девяносто лет больше ста двадцати генных терапий, которые отодвигали его предел возможностей.
– Теперь я, кажется, знаю, почему уничтожили вас, – пробормотал я едва слышно, но Скорт всё равно услышал мои слова.
– Держи свои мысли при себе.
– Я не из болтливых.
– Вот и хорошо. А теперь ложитесь в свои капсулы. После завершения всех процедур с вами желает поговорить капитан, – произнёс Скорт и покинул медицинский отсек. Мы перевели взгляды на Дока.
– Что вы на меня смотрите? – недовольно буркнул он.
– Это отработанная процедура? – спросил я у него.
– Да. Будет тебе известно, первую генную терапию провели больше трёх с половиной тысяч лет назад. Так что да, это весьма отработанная процедура. Другое дело, что вряд ли у кого-то есть исходный материал для подобной генной коррекции, – конец Док едва произнёс, но мы всё равно услышали его слова.
– Как долго это будет проходить?
– Извлечение бомбы десять минут. Внедрение генов и программирование на ускоренное обновление клеток организма с новым геномом около двух суток, – ответил Док. – А теперь давайте ложитесь быстрее. Мне и без вас есть чем заниматься.
– Ясно, – ответили мы и, раздевшись, легли в медицинские капсулы. Едва за нами закрылась крышка капсулы, как мы начали погружаться в сон. Всего несколько десятков секунд – и больше сил удерживать себя в сознании не было. Я отключился…
_____
Если книга понравилась то поставьте пожалуйста лайк книге и подпишитесь на меня. Спасибо))
Глава 8
Глава 8
– Ну как самочувствие? – поинтересовался у нас Док, когда открылась крышка медицинской капсулы.
– А что, должно быть что-то не так? – спросил я у него.
– Ну, судя по показателям искина, всё прошло замечательно. Просто я помню свою первую генную коррекцию, и у меня были довольно странные ощущения, – произнёс он.