– Ваш муж был на похоронах Рыжикова, – начал следователь. – И вы были. Я неоднократно просмотрел запись. Почему?
– Я сопровождала шефа. Я сопровождаю его практически на все мероприятия.
– В какой роли?
– В разных, – хмыкнула я. – Если вы хотите спросить, не являюсь ли я его любовницей, то нет, не являюсь. Я не в его вкусе. Кроме того, и он никогда не позволит себе заводить шашни на работе. Я – его помощница, что подразумевает огромный круг обязанностей. Когда мой начальник что-то забывает, я подсказываю. Я веду записи на всех мероприятиях – с кем нужно будет связаться, какие вопросы выяснить. Шеф просто не в состоянии все запомнить, а записывать иногда просто нет времени или неудобно. Я стою за спиной и это делаю.
– Но похороны…
– Рыжикова? Там тоже в некоторой степени была деловая встреча.
– Ну, в общем, да… Но там оказался и ваш бывший муж. Вам нужно объяснять, что они из совершенно разных кругов?
– Оба – члены Союза писателей России, – пожала плечами я.
Это соответствовало действительности. Мой бывший муж регулярно посещал заседания поэтической секции. Рыжиков, возможно, не посещал никаких, а вступил ради престижа. Никто из его окружения не мог похвастаться таким красным членским билетом.
Следователь задумался, потом сказал, что ему нужно проверить кое-какую информацию, и нам с ним еще придется встречаться. Я опять пожала плечами, и вскоре мы отправились в морг для официального опознания.
Это на самом деле был Иван. На глаза у меня невольно навернулись слезы. Ведь в нашей жизни было и много хорошего, в особенности, когда мы оба были молоды и полны надежд…
Тело накрыли простыней, меня проводили в какой-то кабинет, где спросили, не требуется ли нашатырь. Я покачала головой. Мне хотелось только поскорее покинуть сие заведение. Следователь тем временем спрашивал про какие-то фотографии и вскоре протянул мне целую пачку.
– Что? – подняла я голову.
– Посмотрите, пожалуйста, посмертные снимки Рыжикова и скажите, не заметите ли вы чего-то… необычного.
Я не понимала, зачем это нужно. Или, как говорит мой шеф, для наших органов главное – найти козла отпущения? Но я-то тут при чем? Зачем мне было убивать Рыжикова и Ивана? Неужели такое кому-то могло прийти в голову?
Фотографии я все-таки просмотрела. Как я поняла, делались они в морге, а не в квартире, где нашли труп.
– Ну, обратили внимание на что-нибудь?
– Родинки на животе нет, – сказала я.
Ее отсутствие и правда бросилось мне в глаза. Да и как не броситься-то, если живот фотографировали крупным планом?
– Откуда вы знаете про родинку? – тут же принял стойку охотничьего пса следователь.
– Рыжиков ведь лежал на кровати обнаженный, – пояснила я, – ее было хорошо видно. И Ирина, его супруга, то есть вдова, ее пальцем трогала. Меня это тогда удивило.
Следователь попросил рассказать все в подробностях – с того момента как мы вошли в квартиру. Два типа из морга, присутствовавшие при разговоре, тоже слушали очень внимательно.
– А куда она делась-то? – спросила я, закончив рассказ. – Вы ее срезали?
– Она была накладная, – сообщил один мужик из морга. – На специальном клее. Некоторые женщины таким образом «мушки» приклеивают. Накладные ресницы тоже на аналогичном клее – на веки приклеиваются. То есть в наше время это обычная технология.
– А при мытье в душе не отклеится? – спросила я для общего развития. Ведь если Рыжиков ублажал любовниц, то должен был принимать душ. Не мог же он после занятий сексом не посетить ванную. Или мог? Или в душ не лез, а только…
– Если просто окатиться, не отклеится. А вот если в ванне горячей сидеть или мочалкой натираться…
– То есть жену родинка удивила? – уточнил следователь.
Я кивнула. Теперь я находила объяснение действиям Ирины. Я бы тоже удивилась, если бы на теле моего мужа вдруг появилась новая огромная висячая родинка. Но она была на встречах с любовницами. И описана в романах Валерии и Алены. То есть Алена ее сама описывала, а Валерия мне о ней рассказывала и показывала, где родинка находится на теле.
Следователь любезно подвез меня до метро, и я отправилась к свекрови. Мы вместе поплакали, и я решила позвонить двум Ванькиным соавторам. Как раз познакомимся. А вдруг Светлана Александровна из издательства предложит им работу? В принципе, я смогу выполнить функции и моего мужа, и неизвестной тетки – если еще не связывалась с Андреем и Славой.