– Пока посиди в машине. Надо позвонить следователю. Сейчас я в кабинете у шефа, что-то решим.
– Издательство? – переспросил мой начальник. – А не работает ли там тетка, которая командовала этим Андреем, твоим бывшим мужем и третьим соавтором?
– Вообще-то у них другая направленность. Хотя… Кира могла кого-то найти или посоветовать. Но если бы Андрей увидел ту тетку, то, несомненно бы, ее узнал.
– Он следил за Кирой. А тетка, вероятно приходит на работу раньше. Свяжись со следователем.
Я позвонила и сообщила о новом развитии событий. Следователь сказал, что по своим каналам попытается выяснить все об этом издательстве, а также о его сотрудниках, оформленных официально. Может, кто-то и окажется той теткой.
Я считала, что Киру нужно прямо о ней спросить. Но тут у меня мелькнула еще одна мысль, и я позвонила в издательство, которое печатало книги Петра Рыжикова, Алены Родионовой, Валерии Левицкой и мои. И попросила редактора Светлану Александровну узнать, каким образом Рыжиков появился в издательстве. Как у них оказался его первый роман? Он приходил лично? Ведь Рыжикова нельзя было не выделить из толп авторов, мотающихся по издательствам! Совсем другой типаж. При взгляде на него сразу же ясно – перед тобой обеспеченный бизнесмен.
Светлана Александровна обещала поговорить с директором. Сама она, по ее словам, Рыжикова в издательстве не видела, общалась с ним только по электронной почте. Я вспомнила, что приятельница мне это уже говорила, когда я впервые спросила ее про него.
Вскоре редактор перезвонила к нам в офис.
Оказывается, к его директору обратилась коллега, Кира Гранатовая, хозяйка издательства, специализирующегося на выпуске печатной продукции другого плана. Она попросила прочитать один роман – первую книгу начинающего автора, ее знакомого, которого считает очень перспективным, но у себя издать не может. Кира просила директора прочитать роман лично – в виде одолжения ей. Он начал читать и увлекся. На самом деле было хорошо написано. Директор принял решение книгу напечатать. Автор работал быстро, и вскоре имя зазвучало. Проект получился прибыльным, автор сам оплачивал рекламу. О том, что он – нефтяной король, в издательстве узнали не сразу и удивились. Писатель не выпендривался, нос не задирал, распальцовкой не занимался. В общем, не изображал из себя крутого, разговаривал вежливо, одевался прилично, но не вычурно. Внимательно выслушивал все предложения и пожелания издателей – и их выполнял!
– Нам всем очень жаль, что он погиб, – призналась Светлана Александровна. – Да, пусть за него писали, как выяснилось, литературные рабы, но сотрудничество с Рыжиковым нас устраивало. Я много думала о нем в последнее время. Наверное, человеку хотелось славы, но он не мог прославиться, как нефтяной король – был одним из многих в нашей стране владельцев бензоколонок, вот придумал способ добиться желаемого. Не на сцену же ему было вылезать… Тем более что там теперь в основном поющие трусы, как называл певцов в своих романах Рыжиков. А тут вроде как дело, вызывающее уважение. Кто еще у нас из нефтяных королей стал писателем, пусть и при помощи «негров»? И романов было много, а не по книжонке о себе любимом от артиста или певицы. Книги в самом деле хорошо продаются. Жаль, что все так получилось…
– Поехали в издательство к Кире, – принял решение шеф после того, как я пересказала ему суть разговора со Светланой Александровной.
Я предложила взять с собой и следователя, и шеф согласился. Представитель органов сказал, что встретится с нами перед офисом издательства, но Андрею предложил оставаться в машине и не высовываться. Мало ли кого принесет, или кто попытается сбежать…
Когда мы проезжали мимо машины Андрея, он помахал нам рукой.
Офис Киры Гранатовой состоял из одного большого помещения с двумя перегородками – отделялись ее кабинет и бухгалтерия. Не знаю, сколько человек работало в бухгалтерии, а в общем зале сидели пятеро и напряженно над чем-то трудились. Здесь был сделан хороший ремонт, стояла стильная мебель. Из работников трое были женщинами предпенсионного, а то и пенсионного возраста, двое – мужчинами за сорок, по виду – неудачливыми поэтами или писателями, то есть очень походили на моего мужа. Ни одна из женщин не походила на Ирину Рыжикову. То есть я не заметила ничего общего вообще. И шрамов на лице ни у одной из сотрудниц не было, и цвет волос не совпадал, и прическа.