— …Сказали «Мосгаз», он и открыл, — слегка раскачиваясь в такт словам, рассказывала она. — Так они его — тюк! — по голове, а потом-то всю квартиру и вынесли. Жена-то пришла, а он лежит. Она — в «Скорую», так целый час дожидалась. Приехали, говорят — бензина нет…
Дальше Олег не слушал. Он вдруг понял, что, вернувшись домой, отыщет Рададора и станет делать все, что тот прикажет. Пусть будет трудно, пусть жизнь его потечет совершенно в ином русле, но когда он выучится, то не полетит в далекие миры — защищать от неведомых опасностей чужие цивилизации. Нет! Он наведет порядок дома, на Земле. Уж коль скоро для уничтожения планеты достаточно одного рыцаря, то для ее спасения тем более!
Правда, самому Олегу подобные мысли напоминали завязку сюжета какого-нибудь второсортного боевика о восточных единоборствах. Для полноты картины не хватало лишь аксессуаров вроде исписанных иероглифами занавесок и татами. Но Олег теперь сам страстно желал, чтобы рассказы Рададора не оказались вымыслом.
Вернувшись домой, Олег обнаружил, что маленькая комната приведена в порядок. Покрашенный в свое время водоэмульсионной краской потолок был отмыт до первоначальной белизны, стены оклеены невесть откуда взявшимися обоями, пол чисто вымыт. И вообще, в квартире не осталось ни малейшего следа пребывания Рададора. Словно бы приснились Олегу события прошедшей недели. Некоторое время он стоял в коридоре, прислушиваясь, но ничего, кроме чириканья воробьев на балконе и шлепанья капель воды в ванной, не донеслось до его слуха. Тихо, словно боясь спугнуть кого-то, Олег разделся и почти на цыпочках обошел всю квартиру. В комнатах, на кухне, в санузле никого не было. Олег даже заглянул в стенные шкафы, но результат был прежним. Он снова вошел в маленькую комнату и провел рукой по стене. Обои были еще влажные — значит, их наклеили совсем недавно. Но он тут же одернул себя. А когда же еще? У рыцаря было всего два часа, пока Олег находился в поликлинике. Еще на что-то надеясь, молодой человек шагнул к небезызвестному гардеробу и распахнул дверцы. Но и здесь было пусто, только в самом углу лежало аккуратно сложенное байковое одеяло. По всему было ясно, что рыцарь покинул этот дом и не хотел иметь с Олегом ничего общего.
И это именно сейчас, когда Олег твердо решил последовать за рыцарем и выучиться у него всему, что тот умеет сам! Как хотелось Олегу в тот момент, чтобы распахнулась дверь некоего ему неизвестного тайника и Рададор, появившись, с улыбкой сказал, что его уход — шутка или что он просто вышел погулять на свежий воздух. Но по-прежнему было тихо — не скрипнул рассохшийся паркет, не стукнула дверь.
Олег был готов зарыдать, словно похоронил близкого друга. Он вдруг понял, что потерял в этой жизни последнее, за что стоило держаться, — едва ли не единственного друга. Потерял только потому, что не нашел в себе должного такта и сочувствия. Он теперь вспомнил все те мелочи, которые могли оскорбить благородного — а какого же ' еще?! — рыцаря до такой степени, что тот покинул его кров.
— А в чем же он ушел? — вслух спросил себя Олег.
Действительно, в мешке не было одежды. Впрочем, и самого мешка более не существовало. Импровизированная тога рыцаря лежала в гардеробе. Не мог же он уйти голым! Но родившаяся надежда тут же угасла. Олег вспомнил золотые руки Рададора, которые, казалось, из ничего могли сделать нечто, причем быстро и качественно. Вполне возможно, что рыцарь сумел раздобыть некий материал и изготовить для себя вполне приличную одежду и обувь. Олег попытался вспомнить, во что был одет рыцарь, когда они разговаривали в последний раз.
И вдруг он вспомнил до мелочей их прощание. Как исчез рыцарь, что он сказал… Он же сам сказал: только позвать… Еще не докончив эту мысль, Олег вдохнул полную грудь воздуха и что было сил закричал:
— Рададор!!!
Рыцарь возник посреди комнаты так неожиданно, что Олег даже испугался. Он отшатнулся, но тотчас взял себя в руки. Рададор строго, без тени былой улыбки смотрел на молодого человека, словно ожидая некоего заявления. Олег под этим взглядом сначала смутился, а потом все же вымолвил:
— Я только хотел сказать… Я согласен стать вашим учеником… оруженосцем…
Рададор принял это как должное. Он величественно склонил голову и, сделав приглашающий жест, опустился на пол в позе лотоса. Невесть откуда взявшаяся хламида, напоминающая монашескую власяницу, вздулась пузырем, а потом, опав, сложилась почти правильным конусом, на вершине которого оказалась голова рыцаря. Теперь новый друг Олега был похож на Будду, точнее, на его изображение. Гладко зачесанные назад черные волосы блеснули в полумраке, и Олег, следом за рыцарем севший на пол, вдруг увидел засветившиеся глаза…
С этого момента началось обучение. Олег был несказанно удивлен тем, что Рададор начал с преподавания не фехтования и рукопашного боя, а с основ электротехники и нейрофизиологии. В дальнейшем, наряду с этими предметами, они углубились в химию и физику настолько, что молодой человек понял все известное ему до сих пор по школьной программе — лишь смутное представление о невероятном многообразии предметов, скрывающихся за двумя этими словами. Если бы он раньше имел представление, что изучают в вузах или исследуют в научных институтах, то понял бы, что Рададор знает и умеет намного больше, чем любой, даже самый талантливый, академик. Знания рыцаря были столь глубоки и обширны и обладали при этом столь неожиданными точками соприкосновения, что за сотую их часть любое научное сообщество прозакладывало бы души дьяволу.