— Я хочу, чтобы мы всегда были вместе!
— Так уж и всегда? — усмехнулась Света.
— Да, всегда. Почему ты сегодня не взяла меня с собой?
— У меня сегодня было несколько конфиденциальных встреч, — ответила Света.
Она и в самом деле встречалась с несколькими своими старыми знакомыми, покровительству которых была обязана своим нынешним благополучием. Иглы, украденные у Олега, были применены тонко и своевременно. Только в этот раз Света действовала осмотрительнее, она не стала внушать жертвам страстную любовь, но лишь беспрекословное подчинение. Теперь она могла считать себя повелительницей огромных территорий. Она могла руками своих подчиненных уничтожить всех конкурентов, могла предложить им взаимовыгодную сделку. И наконец, могла осуществить свою давнюю мечту — выйти на международную арену. В последнем ее ограничивали все те же покровители, опасавшиеся давать в руки своей фаворитки слишком большую власть.
Вполне вероятно, что и без чудесных инъекторов Света стала бы вскоре еще более значительным лицом. Ведь мафия, как и любое другое образование — коммерческое предприятие или политическая партия, — тяготеет к централизации, а на примере перестройки в России можно было наблюдать зарождение, возмужание и, наконец, окончательную зрелость организованной преступности. Сначала это были малюсенькие ларьки и полукустарные предприятия, в которых «отмывались» деньги, добытые не самым праведным путем. Потом миру явился русский рэкет. Явление это поначалу вызвало страшный шум в прессе и политических кругах. Но никто в то время не понял, что раковая опухоль уже стала единым целым с государственной системой. Бороться с ней не было никакой возможности, ведь она постепенно пронизала все насквозь, и убить ее можно стало только вместе с собой. Исчезли ларьки, появились огромные магазины, Москву наводнили автомобили самых престижных марок, в газетах публикуются едва ли не списки воров в законе, а жизнь продолжается.
— Но я могу сопровождать тебя везде, где ты бываешь! Вот увидишь — я буду надежнее сторожевой собаки! — вмешался в размышления Светы Олег.
— Нет, ты останешься дома. Мне нужно нанести еще пару визитов.
— Ты снова оставишь меня одного! — вскричал Олег.
— Я не буду тебя никуда брать. Ты только мешаешь мне…
Сознание Олега, задавленное доминантой внушения, постоянно пыталось освободиться и влияло на общую линию поведения. В молодом человеке проснулась ревность. Он внезапно стал агрессивен. И следующее его действие было неожиданным не только для Светы, но и для него самого. Он схватил связку ключей и метко швырнул ее в открытую форточку. Некоторое время у Светы просто не было слов для того, чтобы выразить свое возмущение, а потом она разразилась потоком грязных ругательств, смысл которых сводился приблизительно к следующему:
— Идиот! У меня нет других ключей! Теперь ни ты, ни я не сможем выйти отсюда!
— Этого я и добивался, — с улыбкой ответил Олег, и Света с сомнением поглядела на него — действует ли еще препарат? Но Олег продолжил: — Теперь мы сможем быть вместе сколько угодно, а потом я просто выбью эту дверь…
— Разуй глаза! Эта дверь сделана по спецзаказу — ее и танком не выбить! В общем, так, доставай мне ключи, как хочешь, иначе в нашей любви ты не увидишь взаимности!
— Но неужели у тебя нет других ключей?!
— Нет! — отрезала Света.
Второй комплект ключей все же существовал на подобный случай. Он лежал в сейфе одного из коммерческих банков вместе с довольно крупной суммой в наличной валюте и очень важными документами. Посылать за ключами даже очень близкого помощника было просто глупо — слишком много пришлось бы раскрывать секретов. К тому же обладатель содержимого сейфа мог бы не только обеспечить себя на всю жизнь, но и шантажировать Свету и таким образом оказаться неуязвимым.
— Так что же делать? — растерялся Олег.
— Тебе придется спуститься за ними вниз через окно. Кстати, и обратный путь ты сможешь проделать только таким же образом — запертую изнутри дверь нельзя открыть снаружи.
— А как же сюда входит твоя горничная? — ухватился за последнюю надежду Олег. — У нее же тоже должны быть ключи!
— Они у нее есть, но не от всех замков. Короче, если хочешь получить взаимность в любви, принеси мне ключи!
— Сейчас! — И Олег бросился к окну.
Света жила на седьмом этаже, который, за счет высоких потолков, можно было приравнять к десятому стандартного, панельного дома. Олег выглянул в одно окно, в другое, увидел совсем недалеко пожарную лестницу и стал отодвигать старинные медные шпингалеты, с тем чтобы выйти на довольно широкий, хоть и имеющий значительный наклон, карниз.
— Постой!
Света решила, что спуск совершенно голого мужчины с седьмого этажа по пожарной лестнице в самом центре Москвы будет слишком пикантным представлением. Поэтому она вернулась в прихожую, открыла встроенный шкаф и принялась рыться в старой одежде, которую еще не подарила своей горничной.
— Оденься во что-нибудь, — махнула она рукой молодому человеку. — На улице холодно.
Олег благодарно взглянул на нее и быстро подобрал в тряпичном хламе светлые брюки и майку со страшной рожей на спине. Нашлись в шкафу также и мужские танцевальные туфли, которые подошли молодому человеку по размеру. Брюки оказались слишком широки в бедрах, и их пришлось перехватить ремешком. Это довершило картину. Небритый и нечесаный Олег стал окончательно похож на бомжа. Света усмехнулась и взглядом указала на окно.
Олег воспринял этот взгляд как приказ к действиям. Он вскочил на подоконник и осторожно ступил на карниз. Света подошла ближе. Первый же шаг Олега едва не привел к катастрофе. Бальные туфли, подбитые натуральной замшей, соскользнули с оцинкованного железа и, если бы молодой человек не успел ухватиться одной рукой за раму, лежать бы ему разбитым в каменном колодце двора. Несколько секунд он висел над бездной, шаря свободной рукой по стене и отчаянно ища ногами опоры. Туфли тотчас же свалились с босых ног и умчались вниз. Было слышно, как они ударились об асфальт.