Она отвернулась от этого ужасного зрелища.
– Почему это допускается, Риджар? – Она говорила еле слышно.
Риджар ответил ей вслух, потому что его силы быстро убывали:
– Здесь... беззаконный мир в беззаконном секторе пространства. Подобные мерзкие вещи... на Авиаре... запрещены.
Лорджин велел брату нагнуть голову:
– Нам не надо привлекать к тебе внимание, Риджар. Особенно сейчас, когда ты в таком состоянии. – И объяснил Дине: – Известно, что работорговцы Обериона иногда похищают мужчин – домашних духов.
– Почему? – удивилась Дина.
– Во всех мирах известна их чувственная натура. Есть такие... извращенцы, которые очень дорого платят за них.
Мужчины-рабы для утоления страсти?
– Но разве их способности не служат им защитой?
– Служат, но их накачивают наркотиками. Конечно, они рано или поздно убегают. Никто не может долго удержать домашнего духа, который сам не хочет этого. Однако я слышал рассказы о том, как их преследовали и убивали.
– Как ужасно! – Дина перевела испуганные глаза на Риджара. – Значит, ему здесь грозит опасность?
– Нет. Когда он отдохнет, то сможет сам себя защитить. Они тогда не посмеют с ним связываться.
Лорджин повел их дальше по более тихой улице, чем те, по которым они до сих пор шли, к строению, похожему на постоялый двор. Оказавшись внутри, он потребовал предоставить ему комнату с двумя кроватями.
– Сегодня мы не можем оставлять Риджара одного, – тихо объяснил он Дине, и она кивнула, соглашаясь.
Комната оказалась необычной. Обе кровати были на веревках подвешены к потолку. Дина собралась спросить, в чем тут дело, как увидела, что по полу что-то пробежало. Мимо ее лица просвистел сирикс и попал в цель.
Изумительно. Просто великолепно!
Да, сегодня поспишь...
Неудивительно, что постели не касаются пола. Она подумала, неужели всю ночь ей придется слышать эта звуки: свист кинжала и затем вскрик жертвы. Дина глубоко вздохнула.
Лорджин помог Риджару лечь на одну из кроватей и снять сапоги. Усталый домашний дух с облегчением опустился на подушки.
Дина впрыгнула на вторую постель. Та закачалась туда-сюда, туда-сюда. Ее начало укачивать. Только этого не хватало...
Скрип-скрип. О, только не это.
– Лорджин, ты собираешься ложиться? («Пожалуйста, ложись скорее в постель».)
– Минутку. Скрип-скрип.
– Лорджин, ложись в постель сию же минуту! («Или я тебя придушу».)
Она почувствовала, как прогнулась и закачалась постель, когда он забрался в нее. Затем Лорджин перекатился к ней, снова покачав это сооруженье.
– Почему ты стремишься зазвать меня в постель тогда, когда я ничего не могу в ней предпринятъ? – прошептал он ей на ухо.
– На говори глупостей – Дина повернулась к нему спиной и зарылась в покрывала. Он обнял ее, как дитя. Вскоре все погрузились в сон.
Несколько раз в течение ночи Дина просыпалась от зверской качки: это Лорджин ворочался во сне. Она пихнула его локтем в живот. В ответ он лишь что-то пробормотал.
– Прекрати вертеться! – прошипела она.
Не просыпаясь, он снова перекатился, на этот paз к ней лицом, и по-хозяйски положил руку ей на грудь. Постель снова закачалась.
Великолепно! Ну просто нет слов!
Дина открыла глаза и увидела всего в трех дюймах над собой длинную морду с выступающими вперед зубами. Она испустила душераздирающий вопль.
И ад разверзся.
Реакция обоих братьев была молниеносной. Лорджин перекатился на нее, прикрывая своим телом. Риджар выпрьпнул из постели и напал на пришельца. Они упали и покатились по полу. Послышался звон Льющейся посуды. Риджар ругался, Лорджин смеялся. Затем до нее донеслось громкое жалобное и слезливое подвывание. А она, разумеется, ничего не могла увидеть, потому что Лорджин продолжал вдавливать ее в матрас.
– Слезь с меня! Я дышать не могу! – Лорджин тут же откатился, ухмыляясь от уха до уха, и ее глазам открылось зрелище полного разгрома.
Риджар сидел на полу на том типе с длинной мордой. Всюду были разбросаны осколки тарелок вперемешку с едой. Пришелец под Риджаром выл не переставая. Риджар с досадой взглянул на Дину и смахнул, с носа что-то очень напоминавшее овсянку.
Дина, не удержавшись, рассмеялась:
– Полагаю, это заррэйнисий вариант «завтрака в номер»?
С пола снова раздался слабый вой.
– Риджар, отпусти это несчастное создание. – Она соскочила с постели и подала руку невезучему посыльному.
Лорджин зашелся от смеха, когда Дина стала помогать зоту подняться с пола.
– Я прошу прощения, что завизжала, – торжественно произнесла она. – Вы меня так напугали. – Зот раздраженно фыркнул – Позвольте я помогу вам убрать весь этот беспорядок. – Пришелец повернулся к ней спиной и, яростно взмахнув хвостом, выбежал из комнаты. Дина обернулась к Лорджину:
– Что я такого сказала?
Лорджин, потягиваясь, слез с кровати:
– Сверх всего прочего, Адианн, ты его оскорбила.
– Каким образом?
– Предложив помочь в уборке, ты тем самым намекнула, будто он неспособен подобрать битую посуду. Зоты очень чувствительны к нарушению их обязанностей. Не думаю, Огонек, что сегодня ты его любимый постоялец.
«Я разделяю его чувства».
Дина посмотрела на Риджара. Он был с головы до ног перемазан всевозможной едой.
– О Риджар, посмотри на себя! Я прошу прощения. Эти последние два дня были не слишком для тебя приятны. Не так ли? Как ты себя чувствуешь? Выглядишь ты получше.
Капля чего-то густого упала с его лба, и он сердито взглянул на Дину, которая снова рассмеялась.
Риджар представил себе, как он выглядит, и чувство юмора взяло верх. Глаза его лукаво заблестели, и все трое залились смехом.
– Риджар, видел бы ты выражение лица зота, когда ты на нем сидел, – задыхался от хохота Лорджин. – Ручаюсь, он это не скоро забудет.
«Думаю, он вообще больше не захочет связываться с домашними духами. Он все время кричал, что принес еду, а сам пищей не является».