– Выдвигаемся.
Мы с моим лучшим другом оказались в данном вопросе солидарны и застонали в унисон.
– Давайте еще хотя бы десять минут отдохнем, – в надежде на толику милосердия попросила я.
Я сидела, облокотившись спиной о стену пещеры и вытянув вперед гудящие ноги, и мне хотелось умереть.
– Ради всех богов вселенной, давайте прямо здесь и заночуем, – устало произнес биолог.
Видимо, логово монстра с обглоданными костями стало казаться ему вполне себе уютным гнездышком. И это Стэн, который был принципиален и щепетилен до невозможности. Видимо, смертельная усталость заставила его кардинально пересмотреть свои взгляды на жизнь.
– Отстающих не ждем, – коротко ответил неразговорчивый капитан.
Наемники собирались быстро и слаженно, взяв на себя тяжелую ношу и стойко перенося все тяготы пути. Нам со Стэном нужно было просто идти, и это казалось нам абсолютно непосильной задачей.
С трудом оторвавшись от пола, я позвала своего лучшего друга.
– Вставай, Стэн, нам нужно идти.
– Чтобы я еще хоть один раз полетел с тобой в отпуск, Элис, – убито проговорил он. – Удивительное путешествие в заповедник, сохранивший до наших дней первозданную красоту, и куда не ступала нога современного человека… Вроде бы ты именно так говорила? Уникальная возможность изучить наиболее таинственную расу во вселенной и стать первыми, кто прикоснется к остаткам некогда величественной цивилизации.
– Мы обязательно их найдем, Стэн, – я свято верила в свои же словам.
– Для начала неплохо было бы найти еду и воду, – скептично отозвался собеседник.
Он со стоном поднялся на ноги, и мы, пошатываясь, продолжили путь, следуя за куда более физически подготовленными наемниками.
Мы вышли к большому лазурному озеру на следующие сутки. Ярко зеленая листва высоких деревьев шелестела в такт пению неизвестных птиц, и песчаный берег казался раскаленным до бела под красным светилом.
Обогнав наемников, биолог упал ничком, жадно глотая прозрачную жидкость. Я подползла ближе и, найдя в сумке анализатор, для начала опустила один конец в воду. Только после того как индикатор засветился зеленым, я на несколько блаженных минут выпала из реальности.
Вдоволь напившись, мы легли на берегу, не имея сил сдвинуться ни на сантиметр дальше. Представители насквозь продажной профессии неторопливо пили воду из фляжек, расположившись на камнях и поваленных деревьях, и снисходительно поглядывали на нас. Судя по всему, разговор у них был серьезный, они о чем-то спорили, но до нас со Стэном доносились лишь обрывки фраз.
Моя одежда вымокла до пояса, с волос стекала вода, но здесь и сейчас я чувствовала себя самым счастливым человеком во вселенной. Нарушал идиллию только липкий, оценивающий взгляд Аддера, который я почти физически ощущала на себе.
Как оказалось, неподалеку располагалось небольшое поселение, и наемники решили сходить на разведку, чтобы разузнать обстановку, раздобыть местные деньги и одежду. Операцию отложили на ночь, чтобы не привлекать лишнее внимание, и мы устроились на привал.
Ужинали мы поджаренной на вертеле тушкой местного травоядного животного. Поваром был наемник с перевязанной рукой, и я не могла сказать, что у него был особый кулинарный талант. Однако мы проголодались настолько, что съели свои порции в рекордно короткие сроки, а Стэн попросил еще и добавки. Стоило ли говорить, что благодаря сытному ужину «тупоголовый наемник» был переведен мною в ранг «мужчина моей мечты».
Мы со Стэном устроились спать под открытым небом, Фрэнку и Аддеру же предстояла ночная вылазка. Дежурство была распределено между оставшимися наемниками, поэтому капитан остался сидеть возле костра, изредка перемешивая бревна и уголь по кругу. Мой коллега заснул сразу же, стоило его голове коснуться жесткой подушки, я же немного поворочалась, вглядываясь в непривычно чистое звездное небо, и тоже провалилась в сон.
Утро началось слишком рано. Я не успела толком проснуться, как в меня прилетел комок ткани, та же участь постигла и Стэна. Он недовольно заворочался, бубня что-то себе под нос, и перевернулся на другой бок.
– Переодевайтесь, – коротко распорядился Фрэнк, и я попыталась понять, что именно мне предстояло одеть.