Космопорт усиленно, хотя и неэффективно, охранялся небольшими группами людей, слонявшимися около резервуаров с горючим и ремонтных мастерских. Некоторые бродили в одиночку по самой кромке поля или между молчаливыми кораблями. Никто из них не был мысленно начеку.
Утомленные долгой ночью без происшествий, которая через полчаса сменится днем, они только и думали, как бы поскорее промелькнули эти тридцать минут, после чего можно будет расслабиться, позавтракать и завалиться спать.
Рейвен чувствовал состояние этих людей и собирался на нем сыграть. Выбор времени многое значит в любом начинании, и от положения стрелок часов зависит либо успех, либо полный крах.
Он подошел к границе взлетного поля ярдов на сто и осторожно изучил обстановку. Охранники явно были предупреждены насчет него. Капитуляция Торстерна не могла служить поводом для прощения Рейвена.
Большинство часовых были обычными людьми, политика их не интересовала. Но если среди них были сторонники Волленкотта, то они вполне могли получить дополнительный неофициальный приказ: что делать, если появится Рейвен. Выяснить, кто есть кто, он не мог, поскольку все, как один, мечтали только об окончании смены и хорошем отдыхе после.
Вот у этого парня, который подошел ближе всех, на редкость живое воображение: чудовищных размеров яичница с беконом… К тому же он еще и левитатор, самая подходящая жертва.
Понаблюдав некоторое время, Рейвен обнаружил, что этот охранник был одним из тех немногих, которые не совершали регулярный обход по периметру, а просто бродили среди застывших кораблей. Время от времени часовой заметно напрягался и плавно взмывал над каким-нибудь кораблем, который ему было лень огибать. Другие, очевидно, прикованные к земле, наблюдали за этими редкими полетами с полным безразличием. Из тех, кто сам обладал каким-нибудь талантом, каждый считал себя выше остальных.
Влекомый тем, что он ощущал как собственное желание, и не имея оснований заподозрить что-либо иное, охранник, позевывая, легкой походкой завернул за угол небольшого ангара, за которым его поджидал Рейвен. Подбородок охранник держал так, словно нарочно открывал шею для удара. Сотрудничество было столь тесным, что Рейвен даже пожалел, что награда оказалась такой жалкой. Он нанес удар в горло, подхватил вмиг обмякшее тело и опустил наземь.
Надев фуражку и фирменный плащ охранника, он вышел из-за здания и зашагал по полю. Его жертва оказалась ниже ростом, и плащ едва прикрывал Рейвену колени, но это не должны заметить, ведь ближайшие охранники находились ярдах в двухстах. Неприятностей, скорее всего, нужно было ждать от телепатов. Стоит одному из них хотя бы слегка коснуться его мозга и обнаружить глухую защиту, как он сразу поймет, что это не просто левитатор. И вся шайка тут же набросится на него!
Согнув руку, чтобы держать оружие точно так же, как злополучный охранник, Рейвен подошел к пассажирскому кораблю. Это был «Звездный Дух» — последняя модель, — полностью заправленный и готовый к старту. На борту никого не было. Он перелетел через корабль и плавно приземлился с другой стороны.
Кораблей было немало, но выбрать транспорт оказалось непросто. Гиросы, вертолеты и антигравы в счет не шли — им не оторваться от планеты. Оставались только «Звездный Дух» и два курьерских катера. Любой из катеров, если, конечно, он заправлен и снаряжен, вполне устроил бы Рейвена. К счастью, у Венеры нет спутника, это гарантировало от роковой ошибки, потому что катер мог оказаться лунным челноком.
Ближайший катер стоял с полными баками и был готов к вылету, но Рейвен прошел мимо, чтобы посмотреть на его собрата. Тот тоже мог стартовать хоть сейчас, недоставало только пилота. Люки обоих корабликов были раскрыты, и Рейвен предпочел второй — просто потому, что почти четверть мили вокруг его кормы были пустынны. Первый катер стоял так удачно, что при взлете обратил бы в кучу пепла потрепанный автогирос, который для кого-то мог быть дороже родного отца.
В этот момент мозг лежащего за ангаром охранника прервал свой вынужденный отпуск. Позабыв недавние грезы о завтраке, он силился понять, что же произошло. Рейвен к этому был готов. Удар был достаточен для того, чтобы выиграть пару минут, и он рассчитывал, что их ему вполне хватит.
— Во что это я врезался? — бессвязно бормотал охранник. Через несколько секунд: — Кажись, меня нокаутировали! — Чуть более длительная пауза сменилась пронзительным импульсом: — Моя фуражка! Мой пистолет! Какой паршивый гад?..
С демонстративной небрежностью Рейвен поднялся в воздух, словно бы для того, чтобы перелететь через выбранный катер, но вместо этого впорхнул прямо в шлюз, расположенный на двадцатифутовой высоте. Сразу же загерметизировав люк, он прошел к креслу пилота.