— Должен же он спать, — заметил Ардерн.
— Откуда мы знаем? Ноктоптики вообще не спят, и он, может быть, тоже.
— Но ведь есть радио! Пусть эти двенадцать свяжутся с телепатом на Венере. Тогда они смогут рассчитывать на его помощь.
— Бесполезно, — с издевкой усмехнулся Кэйдер. — Рейвен умеет заставлять свой мозг онеметь как камень. Если телепат прозондирует его сквозь дверь каюты и ничего не воспримет, то как он определит, бодрствует Рейвен или спит? И как он определит, заметил тот или нет его зондаж?
— Пожалуй, никак, — нахмурившись, согласился Ардерн.
— Некоторые мутации вызывают у меня колики. — Внимание Кэйдера вернулось к далеким огням. — Иногда меня просто воротит от изобилия наших так называемых высших способностей. То ли дело — насекомые. У насекомого никто не прочтет мысли. Никто его не загипнотизирует. Насекомые подчиняются только тем, кого они любят. И этого вполне достаточно.
— Я раз видел, как один пиротик сжег тысячу насекомых.
— Говоришь, сжег? А что было потом?
— Налетели еще десять тысяч и сожрали его.
— То-то же! — удовлетворенно произнес Кэйдер. — Насекомых вам не победить! — Он продолжал расхаживать взад-вперед, иногда останавливаясь и бросая недовольный взгляд на огни, затем сказал: — Ничего не остается, кроме как переложить ответственность на Других.
— Как это? — спросил Ардерн.
— Пусть им займутся там. Если целая планета не сумеет справиться с одним дефективным, то мы сейчас тем более можем отступить.
— То же самое я говорил вам с самого начала. Он сам забрался в клетку. — Может, да, а может, и нет. Я сижу на его планете, но ведь не в клетке же?
Далекие огни внезапно исчезли, поглощенные яркой вспышкой белого пламени. Пламя поползло вверх, все быстрее и быстрее, и наконец, проткнуло небеса. Чуть позже с высоты донесся глухой рокот, от которого задребезжали оконные стекла, и вновь вокруг сгустилась темнота и зажглись зеленые огоньки, казавшиеся теперь гораздо тусклее, чем раньше.
Ардерн озабоченно скривил свое желтое лицо.
— Мне пришлось отойти от трапа к телефону…
— Ну и что?
— Хорошо бы убедиться, что он в самом деле на корабле. У него была уйма времени его покинуть. Заказ каюты вполне может оказаться отвлекающим маневром, и мы идем по ложному следу.
— Может. — Кэйдер помрачнел. — С него станется, он способен и не на такие штучки. Действительно, лучше проверить. Легавые уже убрались с базы?
— Сейчас узнаю. — Ардерн щелкнул крохотным вы ключателем в стене и заговорил в микрофон над ним. — Эти ребята из разведки все еще у вас?
— Только что ушли.
— Прекрасно, Филби. Я сопровождаю Кэйдера…
— Не знаю, что здесь прекрасного, — прервал Филби. — Они забрали восемь наших парней.
— Восемь? Какого черта?
— Для дальнейшего допроса.
— Они обнулены как положено? — вмешался Кэйдер.
— Можете быть уверены.
— Тогда чего бояться? Нуль есть нуль. Хватит об этом.
Выключив связь, Ардерн проговорил:
— До сих пор они не забирали наших людей на допросы. Мне это очень не нравится. Как бы они не придумали способ снимать мысленную блокировку.
— Тогда почему они не сцапали всю компанию и нас в том числе? — Кэйдер пренебрежительно отмахнулся. — Этот номер должен продемонстрировать, что они честно отрабатывают свой хлеб. Пошли, нужно срочно связаться с «Фантомом».
Засветился большой приемный экран, и на нем возник смуглый человек с ларингофоном на шее. Оператор «Фантома».
— Живо, Ардерн, список наших людей! — Кэйдер схватил лист и приготовился заговорить, но оператор опередил его.
— Простите, ваше имя?
— Артур Кэйдер. Я хочу поговорить с…
— Кэйдер? — переспросил оператор. Внезапно лицо его расплылось, по нему пробежали длинные полосы, и экран затуманился сеткой помех. Наконец картинка восстановилась. — С вами хочет поговорить один из наших пассажиров. Он ждал вашего звонка.
— Ха! — прокомментировал Ардерн, слегка подтолкнув Кэйдера. — Кто-то из наших его засек.
Прежде чем Кэйдер успел ответить, оператор что-то переключил на пульте. Его лицо исчезло и появилось другое. Это было лицо Рейвена.
— Вы, кажется, успели меня полюбить, повелитель вошек? — осведомился он.
— Вы! — Кэйдер сердито уставился на экран.
— Собственной персоной. Я ждал вашего звонка раньше, пока корабль еще не стартовал, но вы неповоротливы. — Он укоризненно покачал головой. — Как видите, я и впрямь на борту.
— Вы еще об этом пожалеете, — пообещал Кэйдер.. — Когда прибуду на место? О, конечно, ведь вы первым делом сообщите обо мне своим. Не могу не отметить, что для меня это большая честь.