У юноши в руках оказалась бутылка. Он отпил несколько глотков прохладной жидкости, слегка пахнущей фруктами, но тут же вернул бутылку, почувствовав приступ тошноты.
Боль постепенно отступала, стало легче дышать.
— Теперь тебе лучше, малыш?
— Немного.
— Тогда пошли.
Скрипя зубами, Тристан встал на ноги и взялся за перила. Под воздействием морфезина он видел в глубине шахты тени какого-то кошмара: бесконечные усилия, вызывающие боль, отнимавшие последние силы, но так и не приближавшие, как ему казалось, к конечной точке внизу. Он уже сбился со счета площадок и остановок для передышки и очередного укола.
Один раз ноги подвели Тристана окончательно, когда до следующей площадки оставалось всего пять ступенек, но Пулу вовремя успел подхватить его и помог сесть. Юноша прижал к себе микрошприц-автомат, нажал на него несколько раз, но эффекта не ощутил.
— Не работает, — сказал он Вейлу. — Может, морфезин уже кончился?
Вейл проверил показания дисплея.
— Нет, не думаю. Тебе стало хуже?
— Да…
Врач проверил пульс Тристана и предложил ему попить из бутылки.
— Выпей еще, сколько сможешь.
Юноша с трудом сделал два глотка и передал бутылку Вейлу.
— Хватит.
Вдалеке раздался взрыв. Площадку слегка тряхнуло, и у Пулу от ужаса расширились глаза. Он посмотрел на Вейла.
— Немек перекрывает вход в шахту, — пояснил врач, — …я надеюсь. Готовы идти дальше?
Тристан выглядел неуверенным.
— Далеко еще?
Вейл посветил вниз.
— Мне кажется, я уже вижу последнюю площадку.
Немек догнал их до того, как они успели туда добраться. Сначала они услышали его голос, потом из темноты возник и он сам, тяжело дыша, как марафонец на финише.
— Что там? — спросил Вейл.
Немек дотронулся до уха. Тристан заметил, что наушник и микрофон у него такие же, как у авиадиспетчеров в училище.
— Сейчас они блокируют вход с лестницы к челночным отсекам. Я наглухо закрыл бронированные двери на других этажах. Они не смогут надолго сдержать их. Нам лучше все-таки уйти, пока они не сообразят искать нас внизу.
Сержант отстегнул от ремня сенсор, когда они спустились вниз. Тристан прислонился к стене передохнуть, наблюдая, как Немек побежал к двери. В ней ничего не жужжало.
— Электроники в ней нет.
Немек потрогал запор и открыл его, вздрогнув от неприятного скрипа.
Все напряженно ждали, но, кроме эха, ничего не услышали.
Негр проскользнул первым, держа в одной руке пистолет, в другой — сенсор. Вскоре он вернулся.
— Все чисто, — прошептал он. — Поторопитесь!
Тристан оттолкнулся от стены и с помощью Пулу стал на ноги. У него закружилась голова, и все поплыло перед глазами.
Беглецы вошли в ремонтный туннель серого цвета с низким потолком. Вейл посветил на флуоресцирующую надпись на стене со стрелкой: «Главный вход в террариум».
— Я знаю, куда он ведет.
Немек все же опустился на колени и приподнял крышку люка.
Она заскрежетала и нехотя подалась. Сержант сдвинул ее в сторону. Вейл посветил внутрь колодца с полукруглыми скобами на стенках. Тристан вспомнил, как Пулу описывал норы, которые делали ломо, — казалось, что это было вечность назад.
— Ты спустишься первым, док. После него пойдешь ты, — Немек показал на Пулу. — Глубина колодца — пять метров. Будьте осторожны: здесь сыро и можно поскользнуться.
Вейл стал спускаться первым. Пулу колебался, но Тристан успокоил его:
— Иди, я за тобой.
Юноша вопросительно посмотрел на Немека.
— Сядь на край и свесь ноги. Так тебе будет легче стать на скобы, — сказал сержант и взял Тристана за воротник. — Я держу тебя. Не спеши, опусти вначале одну ногу, потом другую.
Тристан уперся руками в края колодца. У него было впечатление, что грудная клетка вот-вот расколется пополам. Мышцы на спине напряглись, одна из зарубцевавшихся ран открылась, и по спине потекла теплая жидкость. Ему страшно захотелось почесаться. Он закрыл глаза и тяжело задышал, нащупывая скобу…
Немек перестал держать Тристана за шиворот лишь тогда, когда тот опустился на глубину, не позволяющую страховать его и дальше. Юноша нащупывал ногой очередную скобу, как вдруг в пояснице что-то хрустнуло. Он охнул, нога сорвалась с опоры и… руки не выдержали вес тела. Грудь внутри обожгло, он полетел вниз, теряя сознание, но внизу его подхватили руки, хотя этого он уже не помнил.
Придя в себя, Тристан обнаружил, что лежит на сырой земле, а рядом Пулу, гладя его по голове, причитает. Он приподнял руку, дотронулся до ганианца и, вздохнув, произнес: