-Наконец то кончаться все страдания, пройдет боль.
Впереди показались огромные как горы высоченные ворота. Они сверкали, как сверкает золото на ярком тропическом солнце, их блистательный свет согревал душу. Вдруг перед грандиозными вратами возник величественный и прекрасный ангел, с внушительным огненным мечом. Он был необычайно велик как статуя воина освободителя в Сталинграде.
-Куда идешь маленький человек!
: ангел прогремел густым как сотня колоколов голосом.
-Я, наверное, умер и теперь и иду туда, куда мне уготовано Богом.
: робко поневоле опасаясь ангела, пошептал Андрей.
-А ты верил ли в Него! Нет, не отвечай, ты никогда не думал об этом. Ты не ходил в церковь, ни когда не молился и старался жить в свое удовольствие. Хоть ты и не пил и не курил, но это го мало, что бы заслужить спасение и поэтому тебя ждет преисподняя! Иди в погибель и гори вечно!
Сделав выразительный жест, ангел скинул мальчишку с лестницы. В низу были видны огненно-рыжие языки адского пламени. Он валился в низ в страшную бездну преисподней прямо в ее врата. Вот она голова Везельвула, гигантская пасть с грозными зубами кашалота. И он падает туда, не имея никакого шанса увернуться. Голова начинает, бешено хохотать извергшая при этом языки пламени, они падают и болезненно обжигают кожу. В последний момент голова, смахивающая на рыло дракона превращается в тупую негроидную физиономию того самого бойца, командно нанесшего калечащий удар по лицу. Затем лицо буквально на глазах взорвалась, и языки пламени пронзили не выносимой болью. Андрей очнулся и пришел в себя. Его пробуждение сопровождалось яростным болезненным криком. Он очнулся и даже вскочил с койки. Сердце бешено колотилось, удары отдавались в груди как тяжелый кузнечный молот. Однако слабости не ощущалось на оборот, казалось, что все тело наполнилось силой. Он чувствовал крайнее возбуждение, голова еще болела от удара, а мозг уже работал в лихорадочном темпе. Хотя по идее после перелома ребер любой вздох должен причинять дикую боль. Чегеваров не ощущал мучений во время движения. Наоборот тело казалось таким невесомым, легким как пушинка. Мышцы стали какими-то упругими, энергия била через край. В палате было темно и пусто, он был один, санитарам до него не было никакого дела. Дубовая со стальной обшивкой дверь была закрыта на ключ. В другой ситуации Андрей не рискнул идти на таран, но сейчас он чувствовал себя настольно сильным, что попытался пробить дверь ударом ноги. Одна чуда не случилось, и дверь устояла, зато грохот разбудил, мирно дремавших санитаров. Андрей чувствовал себя очень сильным, словно он герой сериала супермен. Как заправский каратист он лупил со всего размаха в бронированную дверь, чередуя ноги. Босые ноги не чувствовали боли, наоборот он ощущал себя вторым Брюс Ли. Мальчик чувствовал себя как в игре, ниндзя-черепашка свали преграду серией ударов. Несколько здоровенных санитаров, все профессиональные военные, со спецподготовкой ввалились в палату. Они были злые и вполне готовые конкретно врезать нарушителю сна. Может в нормальном состоянии Чегеваров, испугался крупных в основном черных парней, но сейчас ему они казались не страшнее виртуальных монстров в детских играх. Он встретил их серией ударов наносимой руками и ногами. Как и многие мальчишки, он не мало просмотрел фильмов про каратэ и боевые искусства. Даже ходил полгода в секцию по Тек-Ван-До, но приемы умел исполнять слабо, не умело, возможно, на уровне бело-желтого пояса. Однако теперь приемы и удары проходили. Он двигался быстро, и умело, а санитары казались сонными. Одному он успел провести удар ногой в челюсть, другому дал кулаков по солнечному сплетению. Удары не были смертельными, и скорость и масса еще не доходили до убойного уровня. Но для пацана, которому не было еще двенадцати, а вес еще, не достигал 40 килограммов, это были достойные удары. После точно удара коленом в солнечное сплетение один из нападавших, обмяк. От удара в челюсть другой санитар почти впал в состояние грога. Интуитивно выбрав цель, Андрей зарядил удар точно по сонной артерии. Удар был предназначен самому здоровому из санитаров, к тому же с увесистой пластиковой дубинкой в руках. Ни один из санитаров, не сумел попасть в него, а этот все же сумел достать по ребрам. Было очень боль, тем более что переломы едва зажили, а ожоги еще не до конца исчезли. Верзила-санитар упал замертво, а из его горла хлынула кровь.