захватил не малый кусок власти. Президент уже почти не уп-
равлял страной, валяясь пьяным и усиленно кося под парали-
зованного дурня. Система власти стремительно рассыпалась.
Оппозиции удалось получить неопровержимые доказательства
фальсификации президентских выборов. Регионы волновались.
Новый фактический регент России Чухайс был настолько кри-
минален, что его едва терпели даже союзники. Поражение ар-
метиканцев ослабляло колониальный режим в России и усили-
вало раскачку. Чухайс получил по факсу известие из США. Одна
ракетная база за другой выходила из строя. Вилл Тринтон прак-
тически не имел шансов на победу на выборах. Боб Оуэл, прав-
да, не сильно отличается имперской политикой, но все же мо-
жет внутри России сделать ставку на оппозицию. Армия почти
не управлялась, недовольство военных возрастало. Его глав-
ный враг-конкурент Лебедько все еще пытается вырвать из ос-
лабевших пальцев президента указ о назначении себя офици-
альным преемником. Впрочем, армия была не довольна позор-
ной капитуляцией в Мечне и не очень слушалась генерала. А
постоянное обливание друг друга грязью еще больше усилива-
ло презрение народа к генералу-предателю. Хотя Лебедько был
только пешкой в большой игре РЦУ по фальсификации резуль-
татов выборов, его «коники», явно выходили, за рамки сцена-
рия. Впрочем, влияние РЦУ после серии сокрушительных по-
ражений, понесенных арметиканской армией, постепенно тая-
ло. В любом случае Чухайс понимал, что выбивать рычаги влас-
ти из жадных генеральских рук надо немедленно. Позвонив
врачам, Веньямин Борисович дал приказ немедленно подгото-
вить президента к подписанию указа об отставке Лебедько. Чу-
хайс знал, что президент ему не откажет. Подрагивая от нервно-
го напряжения, рыжий «регент» плюхнулся в большое роскош-
ное, вышитое золотом кресло. Нервные руки нетерпеливо ба-
рабанили по черному сандаловому столу. На этом огромном
столе, стоявшем в роскошном кабинете, который по своей ар-
хитектуре и убранству напоминал известный кабинет Муссо-
лини, располагался большой бюст президента Елкина. Экспо-
нат был холодным и бездушным, как и сам оригинал.
* * *
Огромный митинг, на котором присутствовали горожане,
рабочие и крестьяне, среди которых было много солдат, яростно
требовал отставки кабинета министров, ареста Чухайса и отстра-
нения от должности президента Елкина. Обстановка накалялась.
Требовался новый решительный лидер, способный направить
недовольство людей в организованное русло. Для настоящей
борьбы всегда нужен вождь, однако чрезмерно осторожный Рю-
ганов медлил и проявлял нерешительность. Но ведь всем извест-
но, что свято место пустым не бывает.
В этот момент на митинговой трибуне появился Владимир
Железовский.
– Товарищи, братья и сестры! Пора брать власть в свои
руки, в стальной кулак русского народа! Фабрики – рабочим!
Земля – крестьянам! Власть – народу! В тюрьму олигархов, мы
раскроим кирпичами их жирные рожи! Наши войска не пойдут
воевать за чужие интересы мирового капитала. Мы – великая
русская нация. Нас не поставить на колени!
Я верю: Русь поднимется с колен,
И мы планете снова всей докажем,
Что, несмотря на множество измен,
Российский воин стоек и бесстрашен!
Пора готовить новую национально-демократическую рево-
люцию и вооруженное восстание!
Толпа радостно зааплодировала, раздавались яростные
возгласы поддержки. Многие милиционеры из числа стоящих
в кордонах оцепления открыто поддерживали народ и, не стес-
няясь, выражали свое одобрение.
* * *
Сотовый телефон в премьерском кабинете Чухайса тревож-
но зазвонил. Поступали сведения и нарастающих народных
волнениях.
«Железовского я уничтожу физически, – гневно подумал
про себя самозваный «Регент». – Киллеры у нас есть».
Когда он просматривал подлинные результаты президент-
ских выборов 1996 года, то был сильно поражен. По реальным
не сфабрикованным результатам выборов во второй тур выхо-
дили Железовский и Рюганов. Чухайс ощутил удушающую пет-
лю на шее. Телефоны буквально надрывались, стараясь пере-
бить друг друга. Неистово взахлеб они все трезвонили и трезво-
нили. На улицах уже лилась первая, но отнюдь не последняя
кровь. Но на сей раз была надежда, что ситуация 1993 года не
повторится. Тогда, убив более 3 тысяч человек, криминально-
кровавый режим сумел устоять.
* * *
Аналогично, Вилл Тринтон вполне резонно полагал, что