– Зачем вам все это? – Спохватилась Миранда. – Есть же служба безопасности, им за это деньги платят.
– На них полагаться нельзя, – рыкнула взвинтившись. – Мы должны организовать оборону и продержаться, пока не выздоровеет Оливер.
Не думаю, что кто – то кроме меня захочет его тащить через свору плотоядных ублюдков.
– Что вы имеете ввиду под словом продержаться?!
– Лайнер захвачен, Миранда, – отвечаю, не желая ей врать. – Захвачен нелюдьми. Вы девочка взрослая, понимаете, что это может значить.
Врач выпучила глаза, сглотнула. Ужас в глазах затлел. А я решила поесть, наблюдая за ее дальнейшей реакцией. Кажется, женщина задумалась.
– А кто эти люди? – Спросила довольно спокойно, когда я долизала тарелку руками, отбросив все элементы этики.
– Это военные, пропавшие без вести, год, а то и два назад. Им доверяю, они уже пару раз жизнь мне спасти успели.
– Какой ужас, – ахнула врач.
– Это мягко сказано.
– Что будет с неизлечимо больными теперь? – Запричитала. – Мы не успеем вовремя на Элиру. Многие умрут до прибытия в мир Филанэи.
Взяла ее за грудки в порыве неожиданно нахлынувшего гнева.
– Мы уже никуда не полетим, Миранда, вбей это в свою тупую башку! – Рыкнула на нее, теряя контроль. Это нервы, пол часа мясорубки, и уже сама не своя.
Отпустила, врач свалилась со стула на пол. Прям на задницу плюхнулась. Снова ужас в глазах, на меня смотрит, как на предателя, не решаясь подняться.
– Так как я здесь самая старшая и имею опыт борьбы с пиратами и тому подобными проблемами, вы подчиняетесь мне, Миранда, – продолжаю наседать. – Организуйте ужин для гостей, разберитесь с оружием, пересчитайте людей. Есть еще больные в отсеке?
– Нет.
– Это радует. А теперь оставьте меня.
Миранда вышла, ни секунды не медлив. А я поднялась к капсуле. Нажала на кнопку, открывая купол. Оливер не выглядит худым, а уж тем более при смерти. Но ниже груди у него столько трубок в теле, что смотреть страшно и выть хочется от боли.
Быть может я во многом заблуждалась. Но есть факты, в которых вижу знак. Нужно быть дурой, чтобы не поверить в то, что я могу исцелить человека, вытащить из такой задницы, в которую не полезет ни один самый опытный врач и его оборудование не спасет. Вот только как это работает?! Что мне делать?
Касаюсь лица ладошкой, искренне желаю, чтобы он получил от меня силы, и быстрее восстановился. Ведь команда пришлых ждать не будет. Сумею ли вообще придержать их хотя бы на сутки?! Убедить остаться здесь. Едой и девочками если только. Смешно, что горько…
Без них не пройти, они знают с чем борются, я – нет. Никогда не чувствовала себя такой беспомощной. И это связанно с моим другом. Себе помочь – это одно. А другу – совсем другое. Оно важнее, не знаю, почему… просто важнее и все.
Хочется реветь, но проявлять слабость перед тем, кто надеется лишь на тебя нельзя. Мне просто кажется так… Оливер и не просит, и тогда не просил помощи. Оттого еще больше желаю помочь. Я сильная, я смогу. Просто нужно стараться лучше. Тем более я поела и силы переполняют мой сосуд, плещутся через него наружу.
Обе ладони на его щеках. Теплый, живой, мой друг. А может и больше чем друг. Я всегда боялась этого слова. Ведь это пик, вершина, до которой ты доходишь, а дальше только спуск. И, порой, он бывает слишком быстрый. Ненавижу любовь, она приносит боль, страдания и смерть. Но теперь этого не будет.
Живи, прошу тебя, мой друг…
Пытаюсь представить картинку, как отдаю часть своих сил. Тоненькие ручейки собираются со всех точек моего тела, соединяются в один большой, что перерастает в поток энергии.
– Не отдавай все, Элли, – раздается где – то в подсознании тревожное. – Погибните оба…
Лишь капля уходит от меня. Чужое сердце принимает ее, впитывает и разносит по всему телу, реанимируя его. Как же просто вышло, что самой не верится. Укол в груди, отгоняю скорее неверие. У меня получилось, это не может быть сном или моим воображением. Сознание выходит из некого транса, и я вновь вижу его лицо. Все такое же неподвижное, но кажется, что дышать он стал чаще. Приборы запикали ритмичнее, говоря о том, что все будет хорошо.
Отступаю, ибо катаются мурашки по телу. Боюсь саму себя. Кто я?!
В палату заходит медсестра с выпученными глазами.
– Я думала, думала… – запыхалась бедная, но подойдя к капсуле успокоилась. – Похоже, ему лучше, госпожа. Нужно добавить процедур для скорейшего выздоровления. Миранда просила вас на ужин. Гости несколько смущают наших медсестер своим поведением.