— Вы были единственным воздержавшимся на сегодняшнем собрании, — напомнила я, переворачиваясь на живот и на всякий случай накрывая голову одеялом. — Почему вы не проголосовали против, как Роузи? Насколько я знаю, предстоящая нам миссия выходит за рамки ваших полномочий. Я догадалась после рассказа Айви, — невинно объяснила я в ответ на напряженный взгляд приподнявшегося на полу киборга. — Я считаю, что вас приставили к ней, чтобы шпионить.
— Вы очень сообразительная мисс, — мрачно заметил Томас. — Для своих лет.
— Мне скоро двадцать, — гордо сообщила я.
— А мне скоро тридцать один, — бросил условно-живой. — В смысле… биогенетически. И все эти годы… целых… три года… я занимался своей работой. И хорошо занимался. У меня… у меня программа. При этом я не игрушка своих хозяев и могу сам принять решение. И каким бы ни было это решение, клянусь, оно не представляет угрозы для присутствующих. Давайте спать.
— Вы точно не интегрированный?
— Точно. Чем поклясться?
— А почему мне кажется, что вы и Айви…
— Мисс, дайте поспать. Киборгам тоже иногда нужен сон, особенно после восьмичасовой вахты.
— У меня к вам просьба. Я составлю тест, а вы ответите на некоторые вопросы.
— Я обычный киборг! Томас Кавендиш. Кавендиш… это…
— Имя вашего генетического основателя, — догадалась я.
— Точно… основателя… того самого…
— Как мило, что у вас есть второе имя.
— Я так понимаю, что все-таки стал жертвой научного эксперимента. Но почему вы выбрали меня?
— Ну не злитесь, — примирительно заныла я. — Я знаю, у вас программа и все такое. Просто нам, рыжим, следует держаться вместе.
— Рыжим? — с надрывным отчаянием в голосе переспросил Том. — Я стал материалом для опытов из-за цвета волос? Шутите опять? Почему я? Почему не Итиро?
— Итиро? — с ужасом переспросила я. — Он страшный.
— А я?! — возопил Том.
— У вас добрые глаза.
Киборг с рычанием откатился подальше, укрывшись одеялом с головой.
— Ну, Том. Я же боюсь, — напомнила я.
— Я не буду полностью отключать свой процессор, — глухо отозвался Томас, странно дергая плечами. — Боевая готовность шестьдесят пять процентов. Спите.
— Мир?
— Бога ради, спите, мисс! Да, мир! Дружба навеки!
— Отлично, — удовлетворенно сказала я.
А потом лежала в темноте и думала. И чего я в самом деле? Зачем цепляюсь к человеку… условно-живому человеку? Наверняка у него и без меня проблем хватает. Взять хотя бы его хозяйку. Крутит им, как хочет, а он и рад. Интересно, такую преданность, чем-то напоминающую влюбленность, им в программе прописывают?
Я заснула, и даже если призрак приходил, ничего не слышала.
…Утром, обнаружив, что Томаса и след простыл, я отправилась проверить мистера Кью. Муарманец был в порядке. Даже очень в порядке. Мишура у него на голове немного отросла и распушилась, детки пульсировали. Я попыталась покормить его биовзвесью, но он почему-то отказался и ускакал в чахлые кустики. Одичает еще. И почему не ест? Муарманцы практикуют голодание перед «родами»?
За завтраком ко мне обратился Синклер:
— Миа, что вы делаете?
Я оторвалась от комфона и, игнорируя подозрительный взгляд Томаса, прикрыла рукой первые три пункта «Теста Лейнер».
— Это научное. Я провожу изыскания.
— Это радует. Приятно думать, что хоть кто-то на борту продолжает жить обычной жизнью, в то время как другие несколько… дезориентированы. Но, пожалуйста, Миа, попытайтесь сосредоточиться на текущих проблемах. Нам нужно выяснить, от чего происходят ваши прыжки, и научиться ими управлять. Иначе все, о чем мы говорили на нашем ночном сборище, не имеет смысла.
— Будет сделано, — улыбнулась я.
И сразу после обеда, поработав в гостиной над «изысканиями», отправилась в грузовой отсек, где Томас в открытой майке и с пятнами пота на груди и спине сортировал коробки. Он даже сумел изобразить приветливую улыбку. Кривую, угрожающую, в тридцать два идеальных клонированных зуба. Пришлось напомнить ему о «дружбе навеки». Киборг сразу приуныл, а я, пользуясь моментом, подсунула ему под настроение пару вопросов из комфона. Он ответил на них так, что моя наспех состряпанная программа для обработки данных выдала что-то нечеловечески абсурдное.
— Издеваетесь, да? — спросила я, просматривая выходные данные.
Рыжий киборг пожал плечами, в уголке рта у него играла ехидная усмешка.
— Я все равно докажу, что вы интегрированный. Что вы новая ветвь кибернетической эволюции, — хмуро сообщила я.
— Я вас чем-то обидел?
— Это дело принципа.