— Да, но с моего разрешения, — с невозмутимым видом сказала циклонша. — Он попросил… ну… по-своему, а я поделилась. Убыток не так велик. Некоторые салфетки совсем истончились. В каюте семь есть перьевая подушка, обветшалая. Ваш зверек ею очень заинтересовался, но я подумала, что у детишек может начаться аллергия.
Мы все с умилением смотрели, как Кью объезжает столовую. Ти-сорок остановился у ножки стола Ванессы.
— Можно его погладить? — спросила врач.
— Кажется, он не против, — пожала плечами я.
— Я тебе нравлюсь? Милашка, — засюсюкала Ванесса, наклоняясь к Огурчику.
Она с утра ходила по яхте с распущенными волосами. Все остальные девушки, за исключением Роузи (паричок которой, подозреваю, был синтетическим), изобразили на головах разнообразные прически. Даже Левен увязал свою вымытую гриву в хвостик на затылке. Этому было объяснение — мы целый день работали: Айви помогала на кухне, я носилась по яхте с планшетом, отлавливая кибер-погрузчиков (которые опять увлеклись погоней за Огурчиком, вышедшим на промысел строительного материала для гнезда), Маша разбиралась с записями Пэрри и общалась с поставщиками продуктов. И только Ванесса расслабленно кружила возле Томаса, временами лениво осведомляясь, как чувствуют себя отдельно взятые вакцинированные.
Поэтому из всех присутствующих девиц Кью посчитал достойной чести приобщиться к возведению будущего дома для отпрысков именно простоволосую Ванессу. Он ловко подхватил несколько повисших ближе к нему прядей своими головными отростками и, дернувшись назад, деловито выдернул их под вопли врача. Наверное, ей было очень больно. Мы ей даже сочувствовали, но только вплоть до того момента, когда Ванесса начала весьма нецензурно выражаться. И опять всеобщее мнение высказала циклонша.
— Будьте же посдержаннее, милочка! — неодобрительно воскликнула Роузи. — Здесь присутствуют будущие дети! Где ваша культура? Всего несколько волосков, а столько неприличных криков.
Но Ванесса не хотела сдерживаться. Она желала крови. Томас перехватил ее, когда она рванулась к Огурчику. Кью укатил с трофеем под несущуюся ему вслед брань. Мы долго за него извинялись, с трудом успокоив гостью.
— Лишь бы она не была токсичной, — шепнула мне Айви, когда мы вместе выходили из столовой. — Кактусят жалко.
Мы обе очень некультурно захихикали.
8. Законы приватности
— Как же она мне надоела, — вполголоса призналась Айви. — С Итиро кокетничала, посмеялась над Йоханом. Пришла на кухню, вынюхивала, выпытывала, о тебе спрашивала, о Томасе, мол, нет ли ничего между вами. Потом прицепилась к Роузи, чуть половником по голове не получила. Пошла жаловаться к Маше. А что Маша? Нам нужны деньги, а Ванесса — личный врач мэра. В общем, — мисс Бронски вздохнула, — держись, Миа. Лишь бы на Аквариусе она вам мозг не вынесла. Ей явно нравится Том. А она будет ведущей на Фестивале.
Команда разошлась по каютам. Мы очень устали. Я поднялась на верхний уровень над входом в технический отсек, уловив там движение, и замешкалась, наблюдая за тем, как кибер-уборщик карабкается по стене, собирая застывшие капли с последней погони Кью. Нужно проведать Огурчика. Вот бы малыши родились уже после фестиваля, очень хочется быть рядом, когда кактусята начнут отпочковываться. Я слышала, как внизу с легким шелестом открылась дверь одной из кают, и посмотрела вниз. Айви. Зачем-то вернулась. Мисс Бронски подошла к каюте Томаса и нажала на вызов. Дверь открылась. На пороге стоял Кавендиш. Он сделал жест рукой, приглашая хозяйку зайти, но мисс Бронски покачала головой. Она заговорила:
— Том, я пришла извиниться.
Томас молчал, сдвинув брови, и Айви быстро продолжила:
— Я только теперь понимаю, что все это время обращалась с тобой… с вами как с машиной, как со слугой. Я и понятия не имела, что такое возможно… это… Одушевление или Пробуждение, сложно… сложно… И я… мне ужасно стыдно за свое поведение. Вы могли подумать… Я становлюсь очень глупой, когда выпью… и вообще. Тот случай, в душе, с полотенцем…
— Я не смотрел, — сказал Томас.
— Спасибо, — проникновенно проговорила Айви. — Я только надеюсь, что вы не… Мне показалось…
— Вам не показалось, — мягко проговорил Томас.
— Понимаете, — промямлила мисс Бронски, — я люблю другого… мужчину.
— Да, я понял, — Кавендиш улыбнулся. — Без проблем.
— Все ведь изменилось, верно?
— Изменилось, — Томас улыбнулся еще шире. — Мне нравится другая девушка. Я не думал… Сам удивляюсь.