Мы проезжали по лугам, мимо лесов, озер, рек. Мы долго спорили о том, могут ли животные быть пищей так же, как и растения. Пока что мы не нашли ничего, что хотя бы отдаленно могло считаться съедобным. Во время одой из остановок Хассманн вошел в лес и застрелил какое-то небольшое животное, после того, как услышал утверждения Хармена и Рита о том, что животная ткань содержит больше протеина, чем ткань растений. Вообще-то пища, к которой мы привыкли, всегда представляла собой бруски, отличающиеся только по вкусу и текстуре. Вот почему мы не могли сразу додуматься есть мясо.
Хассманн содрал с животного шкурку и ножовкой отпилил кусок мяса. Он сидел в тени шлюпа, и кровь текла по его рукам и капала на землю. Хассманн понюхал красный, весь пропитанный кровью кусок мяса.
У меня подступила рвота. Мы все замотали головами. Хассманн с отвращением отшвырнул подальше тушку животного и вытер руки о траву.
— Словно ешь собственную же руку!
Грейл доел свою протеиновую плитку. Пайки были урезаны: уже долгое время никто из нас не наедался досыта.
Он встал и принялся беспокойно расхаживать.
— Могу поспорить, на всей этой проклятой планете нечего жрать. Надо было остаться в Клиттманне и погибнуть в бою.
Бек с любопытством на него посмотрел.
— Никогда не видел человека так недовольного жизнью.
— Чего хорошего быть живым и расхаживать, словно свихнутый алхимик? — Он постучал по своим темным очкам. — Когда мы найдем то, за чем пришли?
— В его словах что-то есть, босс, — тихо вставил Рит. — Все это как-то нехорошо.
— Вам все это кажется как-то нехорошо, потому что вы не видите дальше собственного дула. — Голос Бека был полон сарказма. — Вы хотите, чтобы вам дали все сразу. Конечно, я не знаю, когда и что мы найдем. Но я знаю, с чем бы мы ни встретились, мы должны быть готовы с этим справиться. Если мы не найдем еды, то найдем людей. А там, где люди, там могут быть методы, как ее получать, и тогда у нас будет еда. Вы снова увидите Клиттманн: мы проломим его стены, словно это куличики, и утопим боссов в их же цистернах.
Красное лицо Грейла сделалось опасным.
— Что ты нам гонишь, Бек? — бушевал он. — Нас всего пятеро! Мы одни. Нам конец, нас уничтожили! Как мы захватим Клиттманн, Бек? Как?
— Хватит ныть, как ребенок. Заткнись.
Грейл бросился в шлюп, чтобы заняться чисткой оружия, чем занимался всегда, когда был не в Духе.
Все старались молчать. Даже Хармен загрустил.
Позже Бек послал меня и Рита на холм оглядеть местность. Из достойного внимания мы увидели только поблескивающее вдалеке озеро. Я стоял на вершине холма под открытым голубым небом и пытался избавиться от ощущения, что я голый и беззащитный (даже сейчас, когда я стою под открытым небом, я чувствую себя голым), стараясь не думать о скученном Клиттманне, где кругом техника, все искусственное и знакомое.
— Скажи мне, — произнес Рит сухим, деловым тоном, глядя вдаль, — тебе не кажется, что Бек начинает съезжать?
— Это почему?
— Ну, он говорит о возвращении в Клиттманн. О том, что мы захватим его, словно ничего не произошло. Грейл прав. Нас вышибли из игры. Слова Бека — просто бред.
Я задумчиво посмотрел на узкое, с острыми чертами лицо Рита. Его верхние зубы выдавались вперед, отчего он казался хитрым — каким он и был. У него был также быстрый ум и холодная голова. Я не понимал, почему Бек дает ему ранг ниже Грейла.
— Я хочу сказать, — спокойно продолжал Рит, — что я бы себя глупо чувствовал, если бы шел за парнем, у которого поехала голова.
— Звучит разумно, — сказал я, — но, думаю, тебе незачем волноваться. Кажется, Бек заинтересовался Землей еще задолго до того, как нас выперли. Еще тогда, когда познакомился с Харменом. Он всегда считал, что здесь мы найдем что-нибудь полезное.
Рит пожал плечами.
— Но давай признаем. Мы — бандиты. Мы здесь вне своей стихии. Бек говорит, словно мы тут найдем города, как на Каллиболе. Не найдем. Здесь все по-другому.
— У Бека есть на этот счет своя теория, — произнес я доверительным тоном. — Он полагается на то, что здесь есть цивилизация. А там, где есть цивилизация, там должны быть бандиты. Как только мы свяжемся с ними, мы узнаем, как они действуют, какие у них методы. Затем мы включимся в игру.
Как просто. Нужно быть гением, как Бек, чтобы смотреть на вещи так просто.