Но приближающаяся комета всё уничтожит. Алёна не понимает, почему в это поверила. Вот поверила - и всё. И внутри невозможно разубедить себя в обратном. Все планы обрушились в один момент. Девочка теперь боится выходить на улицу, из дома больше ни ногой. Ей впервые отчаянно захотелось в московскую квартиру.
Опустив голову и рассматривая камушки под кроссовками, шпыняя брошенные пустые бутылки от пива, она возвращалась домой. Поднять глаза в небо невозможно: она боялась натолкнуться на что-то пугающее. И если не на планету, то на очертания скорой гибели человечества.
Глава 2 | Алёна
Всё начиналось вполне невинно.
Даже поначалу не было понятно, к чему всё ведёт.
В один июньский день, Алёна засмотрелась на закат. В редкой багровой пелене облаков красное солнце медленно погружалось за верхушки бескрайнего леса. Такой вид непроизвольно натолкнул на мысль: «Похоже на начало апокалипсиса». Алёна посмеялась над этим и забыла. Пару дней спустя, убираясь на втором этаже, девушка внезапно заметила в ослепительном очертании солнца маленький шарик. Решив, что это игра света, она вглядывалась в него до тех пор, пока перед глазами не всплыли тёмные пятна. Пугающая маленькая сфера неподвижно висела рядом, словно питающийся светилом пугающий двойник. Более того, он никуда не исчезал, пока солнце не ушло в закат. Всё ещё не веря своим глазам, Алёна сфотографировала «маленького двойника» и показала бабушке во время вечернего чаепития, так, между делом, посмотреть. Людмила Павловна не подозревала, что запустила необратимый процесс в сознании внушаемой внучки, когда потянулась к лежавшим на подоконнике очкам и без тени сомнений ответила: «Да, действительно, что-то есть».
Весь следующий месяц интернет пестрил новостями о скором уничтожении землян таинственной «Планетой Х», к которым Алёна, на удивление, прислушалась. А вот главный рассадник сплетен — телевизор — предательски молчал, что подкармливало подозрения. Интернет заполнялся новостями о предстоящей дате и фотографиями очевидцев: раздвоенным солнцем или заснятой красной точкой в небе. Точно такими же, каким его видела она.
Прошло некоторое время, прежде чем Алёна заметила куда более очевидные признаки: как-то вечером полная луна над участком заметно расширилась в размерах и… расшатывалась! В прямом смысле, то раздувалась, то сужалась, что было видно невооруженным глазом! Покрываясь ледяной испариной от увиденного, Алёна бросилась в дом и растолкала ничего не понимающего деда. Михаил Степаныч ворчливо запричитал, но всё же вышел посмотреть. Старик внимательно разглядывал «прыгающую раздутую луну», но пожал плечами — ничего такого, ради чего его оторвали от ментовского сериала, он не нашел. Луна была всё такой же неподвижной. Девушка затряслась, ничего не понимая. Былая уверенность в том, что всё это очередные пугалки, выветрилась мгновенно.
Что же здесь происходит? Почему никто не замечает этих странностей?!
Апогей «истерии» случился в конце июля. Посреди вечера, дом в один миг погрузилось во мрак. Казалось бы, перебои электричества — обычное дело. Но почему без предупреждения, на ночь глядя, прямо у всей деревни? Так внезапно и бесшумно могло исчезнуть абсолютно всё электричество, только если…
На дрожащих ногах Алёна вышла на кухню и оцепенела в ужасе: на горизонте засветилось оранжевое зарево, похожее на огненную смертоносную волну. Его зловещий свет проникал сквозь шторы, превращая привычную обстановку в сцену апокалипсиса.
Всё.
Время пришло.
Пазлы сложились, звёзды сошлись, шарики уехали за ролики.
Пенсионеры с раздражением и изумлением наблюдали, как до этого их флегматичная внучка металась по дому с криками, что они все сейчас умрут! Баба Люда, не выдержав такого концерта по заявкам, от души отлупила внучку тапком и с пререканиями загнала в комнату. Мало того что колени донимали болью не первый год, а пенсии всё реже хватало на покупку вещей первой необходим, так ещё эта пигалица будет ей тут кричать, что они сейчас все тут сдохнут. Ну не наглость ли! Кто такое выдержит и не огреет, чем рука богата?
Больше о конце света с пенсионерами она не говорила. В оставшееся время Алёна пыталась отвлечься от грызущих чувств: дочитывала книги, пропалывала грядки, даже заинтересовалась посадкой сакуры, а по вечерам пила чай за фильмами по ТВ. Но ноющее сердце не давало покоя. Она даже втайне принимала корвалол, чтобы побыстрее заснуть, однако мысли о приближающейся смерти никуда не исчезали.