Снова потянулся нескончаемый лес.
Внезапно береговая полоса круто повернула на северо-запад. Далеко на горизонте виднелся другой берег, идущий как будто параллельно.
- Залив, - сказал Баландин. - Будем заходить в него?
- Разумеется, - ответил Мельников.
Залив, по-видимому, очень глубоко врезался в сушу. Замыкающий его берег не был виден даже в бинокль.
Лодка шла вдоль южного побережья. Несколько раз из-за грозы приходилось останавливаться и погружаться.
- А может быть, это не залив, а пролив? - высказал предположение Зайцев.
- Возможно. - Мельников пристально всматривался в противоположный берег, который стал заметно ближе, чем раньше. - Остановитесь!
Приказание было исполнено. Лодка слегка покачивалась с кормы на нос.
- Смотрите на берег!
Теперь все заметили, что лодка не стояла на месте, а медленно двигалась назад.
- Это не залив и не пролив, а река, - сказал Мельников.
- Константин Евгеньевич, как всегда, оказался прав, - заметил Баландин. - Это материк.
- Пройдёмте дальше, вверх по реке, - предложил Зайцев. - Берег должен стать ниже, и тогда можно будет высадиться.
Его предположение оправдалось. Уже через час стало заметно понижение берегов. Обрыв постепенно спускался к воде, становился менее крутым.
Поверхность реки была пустынна. Иногда попадались ветви, плывшие по течению, навстречу лодке.
На исходе четвёртого часа пути гидрографы передали на пульт отдалённый гул. Было похоже, что где-то впереди находится водопад.
Лодка замедлила ход.
Берега сходились всё ближе и ближе. Река суживалась, течение становилось быстрее.
Ещё около трёх километров осторожно продвигались вперёд. Шум становился всё более явственным. Наконец, увидели его источник.
Поперёк реки, которая в этом месте имела не больше трёхсот метров ширины, протянулось нагромождение огромных камней. Вода с рёвом неслась между ними, крутясь пенными водоворотами. В воздухе стоял туман водяных брызг.
- Обыкновенные пороги, - сказал Мельников.
Товарищам послышалось разочарование в его голосе. Но что он рассчитывал увидеть?
- Наше путешествие по реке окончилось, - сказал Баландин. - Дальше лодка не пройдёт.
- Мне кажется, что именно здесь лучше всего выйти на берег. Как вы думаете, Борис Николаевич? - спросил Зайцев.
- Да, именно здесь, - подчёркивая последнее слово, ответил Мельников.
Он казался чем-то очень недовольным.
Зайцев направил лодку к северному берегу, который был заметно ниже южного. На тихом ходу лодку сильно сносило течением.
Лес почти вплотную подходил к реке, но перед ним была узкая, поросшая травой полоса, полого спускавшаяся к воде.
- На берег выйдем вдвоём, - сказал Мельников. - Я и Зиновий Серапионович. Киноаппарат я возьму сам, - прибавил он, видя, что Второв собирается возразить.
Геннадий Андреевич только тяжело вздохнул. На его несчастье, заместитель начальника экспедиции прекрасно владел искусством киносъёмки. Пришлось молча подчиниться.
Лодку удалось подвести к самому берегу. Глубина оказалась вполне достаточной для судна, осадка которого не превышала полутора метров.
- Внимательно следите за барометром, - сказал Баландин. - Как только он начнёт показывать ионизацию, немедленно предупредите нас.
- Не беспокойтесь! Предупредим вовремя. Но не удаляйтесь слишком далеко от лодки.
Через двойной люк Баландин и Мельников выбрались наверх. Берег был так близко, что можно было без труда прыгнуть на него. Но прежде чем это сделать они внимательно осмотрелись.
- Топи как будто нет, - сказал Мельников. - Но на всякий случай обвяжите меня верёвкой. Я прыгну первым.
- Это будет самое лучшее, - согласился Баландин.
Мельников прыгнул. Его ноги погрузились по щиколотку, и из-под травы брызнула вода. Он быстро сделал несколько шагов по склону и вышел на сухое место.
- Прыгайте, профессор!
- Одну минуту! - раздался голос Второва. - Погодите! Борис Николаевич, - сказал он тоном упрёка, - если вы взялись за моё дело, то относитесь к нему как следует. Снимите, как Зиновий Серапионович будет сходить на берег.
- Успокойся! - ответил Мельников. - Я потому и прыгнул первым, чтобы это сделать.
Он засмеялся про себя, так как на самом деле совершенно забыл про камеру, висевшую на его груди, и поспешил выполнить законное требование оператора экспедиции.
Гигантские деревья, вершины которых находились где-то в небе, были теперь так близко, что участники экспедиции могли хорошо рассмотреть их.