Затем, получив мое «добро», из «Лебедя» выполз тяжелый вездеход «Росомаха».
И — группа двинулась. Впереди шел багги. За ним — трое пеших исследователей. И, наконец, в арьергарде, всегда готовая предоставить защиту, ползла внушительная «Росомаха».
Ракетоплан поднял рампу и оставался на месте в полной готовности к взлету. Его охраняли несколько автономных сторожевых комплексов АСК-5 и барраж из трех «Адронов».
Благодаря системе виртуального присутствия каждый член высадившейся группы мог получать данные от своих коллег и не только вести с ними радиообмен, но и перебрасываться фотографиями, видеороликами и прочей свежей информацией.
Ну а я благодаря той же системе — я как будто стоял за плечом у каждого.
Огромный остов стального — о боже, конечно же, стального, на обитаемой-то планете, но как же трудно к этому привыкнуть! — механизма на колесно-гусеничной тяге торчал из грунта точно гигантская многоножка. Пыталась эта многоножка выбраться из земли, застряла и навсегда осталась на границе предгорья и длинной степной полосы — нескончаемой, до самого горизонта, покрытой густой сетью глубоких трещин.
Такие почвы я видел на космодроме в Туркмении, местные жители называют их «такыр». Мне показалось, что здесь они искусственного или, так сказать, вынужденного происхождения. Ведь, с учетом катаклизмов, обрушившихся на эту несчастную планету, климатические и геологические метаморфозы протекали тут с бешеной скоростью.
Вот и сейчас природа Сильваны взбесилась и пустилась во все тяжкие. Я, наблюдавший за ходом высадки и продвижения десантной группы издалека, по картинке от нескольких камер, казалось, кожей чувствовал ураганные порывы ветра, гулявшего над такырами. Я даже непроизвольно поежился, хотя ветер был определенно теплым — над Сильваной разгоралась последняя в ее истории, стремительная и быстротечная весна. Весна смерти.
От сознания того, что сейчас я лицезрею мир, готовящийся вот-вот погибнуть и исчезнуть навек, без следа, на сердце было одновременно и волнительно, и величественно, и грустно. Мы еще не успели узнать Сильвану, только-только ступили на ее поверхность, а уже печалились от скорого расставания. Поистине, никогда прежде не думал, что однажды в жизни буду испытывать столь причудливую смесь чувств.
— Просто гусеничный поезд какой-то. И отменно раздолбанный к тому же, — жизнерадостно произнес Ярослав, плотоядно разглядывая выступающие из грунта узлы стометровой махины.
Камера наехала и отчетливо продемонстрировала зазубренные края пробоин почти метрового диаметра. Видимо, как нередко это случалось и у землян, какие-то могущественные военные группировки Сильваны решили под занавес собственной истории выяснить отношения, на сей раз окончательно и навсегда.
По мере продвижения по такырам на северо-запад группа высадки всё чаще обнаруживала отчетливые следы и материальные свидетельства давних боевых действий.
Развалившийся на части, весь проржавленный остов колесной машины, по виду — топливного заправщика…
Два бронированных автомобиля — аналоги земных бронетранспортеров, которые подверглись воздействию чего-то вроде ацетиленовой горелки — судя по оплавленным люкам и смотровым щелям…
Самоходное длинноствольное орудие, поднявшееся на дыбы, с гнутым стволом и развороченным гусеничным лафетом.
Судя по степени коррозии и прочей визуалептике боевые действия здесь велись невесть когда, но прибирать территорию уже не имело смысла — всё равно что мести окурки на пылающем кладбище. По конструктивным особенностям образцов вооружения можно было уже давать первые оценки уровню развития цивилизации на Сильване.
Если не принимать во внимание некоторую специфику строения местных аборигенов — кабины автомобилей и орудийные механизмы явно были рассчитаны на существ ростом примерно два метра тридцать сантиметров, — параллели с земной техникой прослеживались вполне отчетливо.
Данные, поступающие от многочисленных зондов, отправленных в другие части планеты, также свидетельствовали о том, что цивилизация Сильваны была удивительно похожа на нашу. Сильванцы строили огромные мегаполисы, заставленные небоскребами, и атомные электростанции, пользовались скоростными поездами и реактивными самолетами.
В общем, я записал сильванцев в наши двойники и считал так, следя за продвижением группы, следующие полчаса, пока ребята не наткнулись на нечто в высшей степени загадочное.
За горным отрогом, заледенелый кряж которого треснул по всей поверхности и частично рассыпался здоровенными валунами и обломками осадочных пород вперемешку с твердым, гранитопободным камнем, возвышалось необычное строение. Из грунта торчало огромное многометровое… жерло вулкана!