Где-то вдалеке гремела музыка и смеялись над шутками президента любящие его сограждане, сразу видно — президент демократичен и доступен до народа, девушки наперебой пытались взять космонавта, то есть его, Юрия, то за локоток, то на абордаж, но увы — все было тщетно! Юрий ел и не мог наестся, ел и не мог остановится… Только слегка кружилась голова и в животе становилось все тесно и тесно, все тесней и тесней, ну что ж, схожу в туалет и продолжу… Мелькнул в очередной раз Иван, Юрий выхватил его из толпы взглядом и призывно замахал рукой с вилкой, на которой был крепко насажен кусок оленины во французском соусе, если не соврал официант…
— Ну что душенька твоя довольна? -
с легкой ехидцей поинтересовался Иван. Юрий пояснил:
— В туалет хочу, отведи — век благодарен буду.
— Пойдем.
И слева, и справа к Юрию тянулись руки, все норовили пожать руку космонавту, потрогать его, потрепать за плечо, все улыбались ему, все ему что-то говорили о чем-то, но слова сливались в общий гул ровный гул-щум-прибой, сверху светила на голубом небе хрустальная люстра, Юрий приветственно помахивал руками и улыбался, помахивал свободными руками, так как две своих вилки оставил на столе, наказав официанту — не уноси, я сейчас вернусь, быстренько сбегаю и обратно…
— Сюда, -
Иван почему-то перешел на короткие, отрывистые, похожие на команды, слова, Юрий послушно повернул, за темно-бархатно-красной шторой мелькнула резная дверь темного дерева зеленого камня стена блестящей бронзы ручка, надо же, а я и не заметил в каком зале меня принимали, ну и банкетище отгрохали, а все в мою честь, сумрачный, прохладный коридор, две широкоплечих фигуры в темных костюмах стремительно поднялись с кресел с золоченными ножками на встречу… Иван толкнул Юрия к ним и все так же отрывисто произнес, как скомандовал:
— Возьмите его.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Небо еще спало, но первые робкие лучи солнца уже прорвались сквозь легкие сизо-синего цвета шторы в кабинет молодого генерала Савраскина. Сам же Савраскин, сорокалетний мужчина приличного роста и телосложения, возвышался за столом, тупо уставясь на телефон. Вообще-то, телефонов у генерала было много, но в данную минуту его интересовал аппарат ярко-зеленого цвета, без клавиш, слегка приплюснутый сверху, аппарат напоминал то ли плитку малахита, то ли приготовившуюся прыгнуть прямоугольную жабу с закругленными углами. Голова у генерала поскрипывала от вчерашнего банкета, устроенного этим придурком, сранным засранным престарелым президентом в честь хрен знает где проболтавшегося тридцать семь лет ублюдка, из-за которого и вынужден генерал сидеть у себя в кабинете, тупо уставясь на телефон… А телефон молчал. В голову лезла всякая чертовщина — девки из подразделения майора Харитонова, ну оторвы, пробы негде ставить, да где Харитоша набрал только таких блядей — непонятно… Подготовка к дню "ЗЕТ", что идет полным ходом, уже и командир легионеров вовлечен, а куда он сука денется, компромату на него вагон… Генерал тяжко вздохнул — может выпить немного, помешкал, еще раз вздохнул и потянулся… Сильным, но затекшим телом… Хорошо блядям, спят сейчас, а тут… Внезапно звякнул красный телефон, украшенный двуглавой птичкой, Савраскин от неожиданности подпрыгнул — ни хера себе!.. Ждешь одного звонка, а на голову, как снег, другой…
— Генерал Савраскин слушает!
— Слушай генерал, слушай, с дачи сообщений еще не было?
— Ни как нет, господин президент! Как только будут какие-либо сообщения, я тут же немедленно сообщу вам!
— Молодец генерал, я вижу ты засиделся в генералах, надо тебя дальше двигать… Заскочи часикам к пяти, мы это дело обсудим… И звание, и должность… А то такой молодец и все еще генерал и начальник отдела… Непорядок… Ну пока, генерал…
— До свидания, господин президент… -
растерянно прошептал Савраскин, ни хрена себе, а как же день "ЗЕТ", может шепнуть президенту, может он и не сраный президент, ишь, заботливый какой, да что же это такое, надо хорошенько все это обсудить-обдумать, посмотрим-посмотрим, что ему вечерком президент пообещает, а тогда и решим…
— Фамилия, имя, отчество? — Все называть или последнее только?
— Что?! Да ты что, сука издеваешься надо мной?! Да я тебя, блядский рот!..