— Крепкий мужик был этот Акерс! — с уважением присвистнул Маленькая Птица. — Прямо как мой старик!
Мы уложили тело бравого сержанта в тени у изгороди. Один из солдат заботливо подложил ему под голову скатанную куртку, а другой накрыл его трофейным одеялом.
«Тигры» один за другим ловко перепрыгивали через забор, занимая новую позицию. Завидев мертвого сержанта, они молча снимали с голов помятые шляпы, и что-то бормотали себе под нос, осеняя покойника крестным знамением.
— Что-то подмоги не видать! — пробурчал здоровяк ирландец, с рассеченной надвое верхней губой, сквозь которую были видны окровавленные зубы. — Так, глядишь, мы сами всю войну и выиграем!
— Жалко, только, что старик Акерс этого не увидит! — добавил кто-то. — Слава «Тиграм Уитта»!
«Тигры» одобрительно заревели, потрясая оружием.
С громким свистом и гиканьем на гребне холма появились всадники капитана Александера. Окровавленные сабли больше не сверкали на солнце, а сами кони и люди были с ног до головы заляпаны красной грязью.
Я сразу же узнал среди кавалеристов гигантскую фигуру Майора Уитта, его сапоги и перчатки тоже были забрызганы красным.
— Мы им славно всыпали, парни! — засмеялся майор, сдвигая шляпу на затылок и внимательно осматривая своих солдат. — Подкрепление уже в пути! Нужно еще хоть немного продержаться!
Кавалерия легко перемахнула через наши головы и скрылась в зарослях, оставив за собой лишь запах крови, да поломанные кукурузные стебли.
Пехотинцы проводили всадников завистливыми взглядами.
— Вот это я понимаю, — протянул какой-то коротышка, сжимающий в руках точильный камень и громадный зазубренный нож. — Не то, что мы, все время на своих двоих топаем!
Я осторожно опустился на землю и вытянул ноги.
— Дай-ка я гляну на твою царапину! — сказал Маленькая Птица, расстегивая сумку на поясе. — Сам знаешь, чем ближе рана к земле, тем легче в нее пробраться злым духам!
Маленьким ножичком он ловко срезал остатки штанины и осторожно вытер кровь тряпицей.
— Все не так страшно как кажется, — на закопченном лице моего друга появилась улыбка. — Я тебя живо заштопаю!
Огромные ручищи Маленькой Птицы двигались с поразительной ловкостью. Сразу было видно, что у сына целителя большой опыт в подобных операциях.
Высыпав на ладонь горсть черных изогнутых колючек, он уверенными движениями принялся скреплять края раны, одновременно жуя какие-то листья, которые тоже достал из поясной сумки.
Сплюнув густую темно-зеленую кашицу на рану, он осторожно размазал ее поверх пореза и туго перетянул широким кожаным лоскутом.
— Ну вот, успели вовремя! — по лицу Маленькой Птицы катились крупные капли пота, оставляя на грязном лице дорожки, похожие на боевую раскраску команчей.
Я посмотрел на глубокие порезы, покрывавшие руки и грудь Маленькой Птицы, но ни один из них не кровоточил.
— Это боевая магия! — мой друг важно надулся. — Меня этому отец научил на последнем Фестивале Сновидений. Еще немного, и я сам стану настоящим целителем!
Лейтенант Юб Иверкс, перепрыгнул через забор, вынимая из кобуры револьвер.
— Ага, вот и наши скауты! — на его худощавом лице, с тоненькой ниточкой усов под носом, появилась недобрая усмешка. — Прохлаждаетесь? А я, значит, должен вместо вас разведкой заниматься? Ну-ка, живо на ноги!
Офицер был грязный и злой. От него остро пахло порохом и потом.
— Делайте что хотите, лейтенант, — сказал я, поднимая с земли ружье. — Противник вон в том направлении!
Лицо офицера побагровело. Он молча развернулся на каблуках и ринулся прочь, раздвигая кукурузные стебли.
— Мог и пристрелить, — усмехнулся Маленькая Птица. — Если бы у него был револьвер заряжен!
Я только кивнул в ответ, а «тигры» захихикали.
— Не обращайте на него внимания, парни, — сказал один из них. — Он просто спятил от страха.
— Хорош тут трепаться! — из зарослей позади нас высунулась физиономия незнакомого мне сержанта, из «Рейнджеров Дельты», которого, судя по всему, прислали на смену покойному Акерсу. — Вижу, распустили вас совсем!
«Тигры» тут же принялись поспешно точить свои ножи и проверять винтовки. Сердитый сержант был куда страшнее лейтенанта!
Мы с Маленькой Птицей поделили сумки с патронами и принялись счищать грязь с трофейных винтовок.
— Отличное ружье! — Маленькая Птица любовно погладил Спрингфилд по прикладу. — Жаль, если опять придется выбросить!
— Тут этого добра хватает, — хмыкнул солдат с заплывшим глазом и выбитыми передними зубами, проверяя свой Дерринжер. — Жизнь она дороже!
Тем временем на гребне холма появились первые янки. Они поспешно строились в ряды, мимо которых бегали крикливые сержанты с саблями, ровняя строй и отдавая команды.
— Какого черта? — хмыкнул один из «тигров», надевая на голову красную феску, которую достал из ранца. — Они что, к параду готовятся?
Наш сержант осторожно выглянул из-за изгороди и пренебрежительно сплюнул.
— Они даже не догадываются, что мы здесь! — сказал он, ухмыляясь. — Думают, наверно, что мы драпанули до самого Ричмонда!
— То-то они удивятся! — Маленькая Птица протянул мне один из своих томагавков.
Рукоятка, обернутая кожаным ремнем, была липкой от крови, а к узкому лезвию пристали какие-то волосы и нитки. Вытерев оружие о траву, я сунул его за пояс.
— Будет, что дома порассказать! — Маленькая Птица мечтательно улыбнулся и сжал мое плечо.
Над нами вновь грозно загремели барабаны и завыли трубы. Строй янки качнулся и двинулся вперед, чеканя шаг и вздымая клубы пыли.
Синие мундиры перекатывались через гребень холма и ряд за рядом спускались вниз, заполняя собой все видимое пространство. На пути этой синей лавины стояла только хлипкая изгородь, да тоненькая цепь притаившихся за ней «тигров».
— Огонь! — рыкнул сержант, поднимаясь на одно колено.
Если не глядеть назад, можно было представить, что старина Акерс все еще с нами! Сержанты были похожи друг на друга как родные братья!
Я положил ружье на ограду, прицелился, и нажал на курок.
На этот раз залп наших мушкетов был не таким слаженным и мощным, однако на янки он произвел большое впечатление!
Убитые и раненные покатились кубарем вниз, и остановились лишь наткнувшись на изгородь, у самых наших ног.
На голом склоне холма укрыться было некуда, и мы стреляли, практически не целясь. Промахнуться было невозможно!
Позади нас в кукурузе зазвучал сигнал к атаке.
— Похоже, что кто-то спятил! — проворчал сержант, оглядываясь через плечо.
Однако сигнал звучал все громче и настойчивее, приказывая нам идти в наступление.
С правого фланга через ограду начали перебираться «Рейнджеры Дельты», а с левого в атаку пошли «Катахула геррилас».
— «Тигриные Ружья», вперед! — закричал сержант, и первый перемахнул через ограду, оставив на ней кусок своих брюк.
Мы с Маленькой Птицей переглянулись и засмеялись.
Янки встретили нас настоящей стеной огня! Весь холм затянуло пороховым дымом, а пули завыли со всех сторон, впиваясь в тела наступающих «тигров», вспахивая землю, и срезая кукурузные стебли у нас за спиной.
— Ложись! — закричал сержант, подавая всем пример.
Мы вжались в землю, ожидая, что невидимая рука смерти может коснуться нас в любую секунду. Посеревшее от страха лицо Маленькой Птицы было всего в нескольких дюймах от моего. Я прекрасно понимал, что и сам выгляжу не лучшим образом.
— Вперед! — неутомимый сержант вскочил как пружина, когда канонада на миг ослабла. — Вперед «тигры»!
Сквозь дыру в брюках перед нами замелькало сержантское исподнее.
С диким ревом «Тигры Уитта» ринулись вверх по холму.
Янки нас уже ждали. Они ощетинились непроницаемой стеной штыков, а задние ряды стрелков торопливо скусывали пули и засыпали в винтовки порох.
Маленькая Птица на бегу метнул трофейный Спрингфилд как копье. Штык вонзился усатому ветерану в грудь прямо между блестящих на солнце медалей. Солдат упал навзничь, а вопящий как голодный Вендиго индеец уже ворвался сквозь брешь в строй противника, размахивая своим томагавком.