Эти короткие слова-приказы, словно гипноз, подействовали на братьев. Они отпустили друг друга и сели на кровать, тяжело дыша. На шее у Феди отчётливо краснели отпечатки пальцев брата. Борино лицо перечёркивали две ярко-красные борозды-царапины.
В этот момент в палату влетела вожатая Олеся.
– Вы чего! Вы с ума сошли! Под монастырь меня хотите подвести?! Что случилось?
Братья молчали, тяжело поглядывая друг на друга.
– Что молчим, партизаны? – вмешался Андрюха. – В чём причина этого побоища?
– Часы, – выдавил Федя.
– Какие часы?
– Его часы. Они пропали.
– Так, отлично, – протянул Андрюха, соображая. – А за что же ты убить его хотел?
– Он сказал, что это я их того… Стащил.
– А кто ещё? – воскликнул Боря, поднимаясь.
– Тихо-тихо, – посадил его на место Андрюха. – Так, значит, у Бори пропали часы?
– Да, – буркнул тот, кивая.
Часы у Бори были классные. Электронные, импортные. «Монтана» с шестнадцатью мелодиями. Если бы у Мишки были такие часы, то он был бы самым счастливым мальчишкой на свете, но у него никогда таких часов не будет. Он это знал и не особо переживал по этому поводу.
– Так, ребятки, давайте-ка тут быстро все перероем и найдём часы, – сказала Олеся.
– Да мы везде уже смотрели, – воскликнули в один голос братья.
– А мы ещё раз посмотрим. Давайте все дружно.
За полчаса ребята перевернули всю палату. Все тумбочки и кровати были вывернуты на десять раз, но часов нигде не было.
– А ты точно оставил их на тумбочке? – снова спросила Олеся.
– Да, точно, – снова повторил Боря.
– Значит, кто-то их всё-таки взял, – задумчиво проговорил Андрюха, и все замолчали. Поверить, что где-то среди них есть вор, было очень трудно.
– Олесь, – обратился Андрюха к вожатой, – давай на весь лагерь выносить это не будем. Соберёмся отрядом после ужина и поговорим.
Это было правильное решение. Знать, что у тебя в отряде есть вор, – это неприятно, но знать, что другие знают, что у тебя в отряде есть вор, – это неприятно вдвойне.
После ужина Олеся собрала весь отряд и рассказала, что у Бори потерялись часы и надо будет завтра тщательно осмотреть всю территорию лагеря. Все начали бурно обсуждать это событие.
– А что хоть за часы-то были? Какая марка? «Заря» или, может, «Командирские»? – спросил Пашка – светловолосый, небольшого роста паренёк.
У Пашки бабушка работала завхозом лагеря, и он проводил здесь всё лето. Особо он ни с кем не дружил и в футбол не играл, так что общались они с Мишкой мало.
– Часы электронные, марки «Монтана», серебристые, на браслете, – сказал Боря.
– Дорогие? – уточнил Пашка.
– Не знаю, мне их отец подарил.
– Наверное, дорогие, – продолжал Пашка, – думаю, искать их бесполезно.
– Почему? Паша, ты что-то знаешь? – спросила Олеся.
– Дак я давно говорил: детдомовец в отряде – жди беды. Пойду проверю, все ли мои вещи на месте.
– Паша! Что ты такое говоришь! – возмутилась Олеся.
– Вы бы лучше вещи его проверили, – ответил Пашка и пошёл в палату.
Повисла пауза. То, что Валёк был из детдома, знали немногие. Он сидел на стуле, и краска начала заливать его лицо.
– Валя, это правда? – спросила Олеся.
Валёк сидел на месте, опустив глаза, и ничего не говорил, только тихонько мотал головой. Лицо его стало пунцовым. Затем он резко встал и побежал в чемоданную. Выхватив из груды стоявших на полках чемоданов свой, он вернулся в холл и бросил чемодан перед Олесей.
– Вот! Смотрите! Ищите! Вы думаете, что если я из детдома, то сразу и вор, да?! Вор?!
Он стоял перед всеми с раскрасневшимся лицом, а глаза его были полны слёз. Наконец, не выдержав, он развернулся и бросился из корпуса вон.
– Валя! Стой! – Олеся кинулась за ним вдогонку. На пороге она развернулась. – Никому из корпуса не выходить. По отбою всем спать!
Мишка особо не верил, что Валёк мог взять чужое. Не такой он был человек. Мишке казалось, что он неплохо разбирается в людях, хотя и было ему всего четырнадцать лет. Да и вообще, он искренне верил, что в жизни все люди хорошие, а плохие бывают только в фильмах и книгах для остроты сюжета. На следующий день под предлогом уборки территории прочесали весь лагерь, но часы так и не нашли. Олеся смогла вернуть Валька, но после этого случая он старался меньше общаться с ребятами, а всё время проводил рядом с вожатой.
Тем временем, ночные походы Лёшки в гости к девчонкам не давали Мишке покоя. Он расспрашивал Лёшку, но тот отмахивался какими-то отговорками.
– Зачем это всё? Что вы там делаете? – не унимался Мишка.
– Да ничего не делаем. Просто разговариваем.