Гельмут помогал в руководстве всеми пятью попытками, включая и одну удачную, со своего пульта на Юпитере-5. Но во сне он находился не в контрольном центре, а на мостике одного из кораблей, которому не суждено было вернуться…
Затем, без всякого перехода, но и чувства какой-то прерывности, он вдруг очутился на самом Мосту. Не in absebntia [в отсутствие (лат.) ], как дистанционный управляющий разум «жука», а сам, собственной персоной, в круглом, машиноподобном скафандре, детали которого ему никогда не удавалось разглядеть. Большие шишки открыли антигравитацию и предложили четырех добровольцев для вахты на Мосте. Гельмут вызвался.
Потом, вспоминая сон, он никак не мог понять, почему он вызвался сам. Похоже, этого казалось само собой разумеющимся с его стороны. И он ничего не мог с этим поделать, хотя и знал с самого начало, на что это будет похоже. Он принадлежал Мосту, хотя и ненавидел его. Ему с самого начала было суждено туда отправиться.
И что-то там случилось… не так… с антигравитацией. Большие шишки попросили добровольцев, прежде чем завершились исследовательские работы. Генерируемые антигравитационные поля оказались слабы, да и в самой теории существовал какой-то значительный изъян. Генераторы ломались спустя короткое время после начала работы. Сгорали, совершенно непредсказуемо, иногда спустя только мгновения после прохождения тестов на производстве с отличными результатами. В жизни вакуумные трубки вели себя непредсказуемо. На Юпитере не существовало вакуумных трубок, но машины все равно горели там. Горели при температуре, которая в мгновение могла превратить Гельмута в ледышку.
Именно тому же и суждено было случиться с антигравитационным костюмом Гельмута. Он скрючился внутри своего персонального лона над кипящим морем, а вокруг него него метались облака маленьких обдирающих кристаллов, трепавших наружную оболочку, защищавшую его, освещенную водородным пламенем. И он ждал, когда его вес неожиданно станет в три раза больше обычного, а давление на его тело возрастет с шестнадцати фунтов на квадратный дюйм до пятнадцати миллионов. Когда воздух вокруг станет жгучим от яда и когда Юпитер обрушит на него весь свой вес.
Он знал, что тогда с ним произойдет.
И это произошло.
Гельмут встретил «утро» на Юпитере-5 своим обычным криком.
КНИГА ТРЕТЬЯ
АНТРАКТ. ВАШИНГТОН
Неспециалист, «практичный» человек, человек c улицы
может спросить: А какая мне от этого польза? Ответ — самый
положительный. Наша жизнь полностью зависит от
установившихся социологических доктрин, этики, политической
экономии, правительственной системы, юриспруденции, медицины
и т.д. Это воздействует на любого, сознательно либо
подсознательно. И прежде всего на человека с улицы, так как
он наиболее беззащитен.
Альфред Корзибски
4 января 2020.
Дорогой Сеппи;
Почему — известно лишь одному Господу, но все же я посылаю это тебе. Быть может, лучше было послать это с кем-нибудь или оставить где-нибудь в архивах. А может — действительно, запихать куда-нибудь подальше. Например, в архивы Объединенной Комиссии. Но если сегодня кто-либо и хочет как-то выразить свое отношение к происходящему, то, во всяком случае, никогда не записывает это на бумаге. А если и поступает так, то потом сжигает копирку. Как не совсем удачный компромисс, я вкладываю сие послание в архив моих личных бумаг. Там оно будет найдено, открыто и послано тебе только после того, как я буду уже вне досягаемости всякого рода репрессалий.
Звучит не так уж и зловеще, как может показаться, когда я перечитываю эти строки. К тому времени, когда ты получишь письмо, обильные детали всего, что я замыслил, должны до тебя дойти. И не только через обычную трескотню прессы, но и через словесные признания. Думаю, к этому времени, ты уже выработаешь рациональное объяснение моему поведению с момента моего переизбрания (а до этого — под другой причине). По крайней мере, надеюсь, что ты понимаешь, почему я санкционировал такой монстрообразный проект, как Мост. Не последовав твоему очень хорошему совету.
Все это — лишь вода над плотиной (или эфир над Мостом, если вы, парни, помните отношение Дирака к эфиру в то время. Как я об этом узнал? Через мгновение поймешь.) Я не собираюсь пересказывать здесь все. Я лишь хочу, чтобы это письмо, сослужило роль специализированной памятки для тебя. Я хотел детально изложить, насколько хорошо сработала для нас предложенная тобой исследовательская система.
Несмотря на мое кажущееся игнорирование твоего совета, мы ему последовали, и весьма точно. Особый интерес я проявил к твоей подсказке, упоминавшей о возможности существовать «сумасшедших» идей, касающихся тяготения и нуждавшихся в проверке. Честно сказать, я не испытывал особой надежды что-то обнаружить. Но и в случае неудачи, я остался бы не в худшем положении, чем до разговора с тобой. И действительно, прошло не так уж и много времени, как шеф моей исследовательской группы пришел ко мне с Производной Локке.
И записи, которые появились в результате исследований этого вопроса, по-прежнему находятся в Кладбищенском архиве, и я не надеюсь, что они когда-нибудь попадут в предвидимом будущем к ученым-физикам, не работающим на правительство. И если ты не услышишь всю историю от меня, то не услышишь ее больше нигде. И у меня уже сейчас достаточно груза на совести, что бы индифферентно отнестись к такому преступлению, как нарушение секретности. Кроме того, как часто бывает, собственно «секрет» оказался открыт для всеобщего обозрения уже многие годы. Человек по имени Шустер — наверное, ты знаешь о нем больше, чем я — как то вслух удивился сему еще в 1891 году, задолго до того, как кто-нибудь пытался сохранить научные открытия в секрете. Он хотел узнать, может или не может крупная вращающаяся масса, например такая как Солнце, являться природным магнитом (Это было еще до открытия естественного магнитного поля Солнца.) А к 1940 году четко установили, что это действительно так для вращающихся тел МАЛЫХ РАЗМЕРОВ — например, электронов. Фактор Лэнда. Я уверен, тебе знакомо это название. Сам я не понимаю ни Единого Слова в этом. (Дирак принимал участие в значительной части работы по этому направлению.) Наконец, ученый по имени У.Г.Бэбкок, работавший на обсерватории Маунт Уилсон, указал в тех же 40-х годах прошлого века, что фактор Лэнда для Земли, Солнца и звезды, именовавшейся 78 Девы, являлся идентичным, или по крайней мере — чертовски близким к тому.
Сперва мне показалось, что все это не имеет совершенно никакого отношения к гравитации. Что я и не преминул сказать шефу исследовательской группы, сообщившему мне эти подробности. Но я ошибался. (Думаю, ты уже все понял быстрее меня.) Другой ученый, профессор П.М.С.Блэкетт, чье имя знакомо даже МНЕ, указал на одно интересное взаимодействие. Предположим, говорил Блэкетт (сейчас я списываю с предоставленных мне материалов), что мы P обозначим, как магнитный момент, или то, что я вынужден представить, как рычаговый эффект магнита. Произведение силы заряда по отношению к расстоянию между полюсами. Пусть U будет угловым моментом вращения — для тупиц, вроде меня. Или угловая скорость вращения по отношению к моменту инерции — для тебя. Затем, С — скорость света и G — ускорение тяготения (и они, как мне объяснили, всегда находятся вместе вот в таком соотношении), тогда: