— Долго же думали. Сам-то он как?
— Не знаю. Мы теперь в разных компаниях. Ты с ним не связывалась?
— Нет. Слушай… Ты извини. Я, конечно, рада тебя видеть и всё такое. Но мне сейчас как бы неудобно вести беседы. Мы с подругой спешим. Ты как-нибудь в другой раз приходи, ладно?
— Ладно, — обречённо выдохнул Максим, понимая, что никакого разговора у них не получится. — Пока, — добавил он, развернулся и, не оглядываясь, пошёл прочь.
Может, надо было тогда настоять на своём, как-то остановить Катю, убедить её в том, что она сможет быть с ним счастлива. Ведь были же они счастливы когда-то! Но Катя умела убеждать даже одним только своим видом. Всегда умела. Вот и в тот раз Максим не посмел остаться, не нашёл аргументов для задушевной беседы. Слишком большой оказалась разница между тем, что он мечтал услышать при встрече, и тем, что в действительности услышал. Катя изменилась. Внешне она осталась неотразимой. Но внутренне взрослость ей совершенно не шла, делая чужой, словно с другой планеты.
«Интересно, — подумал Максим, — Кирилл уже встречался с ней в этой её новой реальности?»
Он снова посмотрел на высеченное на камне имя и повторил контуры букв, проведя по ним пальцем. Ведь написал же это Кирилл. Значит, помнил о Кате и после того, как почти перестал общаться с Максимом. Мог найти её раньше, чем он. Впрочем, какая теперь разница? Теперь Кирилл с его Ириной. По идее только это и должно сейчас волновать Максима. Но поди ж ты — он сидит здесь посреди ночи и ревнует к нему не Иру, а Катю! И что это за ход со стороны Кирилла? Месть? Или и в самом деле он так полюбил Иру? Вкусы у них, как ни крути, были всегда схожи.
Где-то на периферии его сознания всё время кружилась мысль о том, что и Вадик может оказаться вовсе не его сыном, а ребёнком Кирилла. Но эту мысль Максим не пускал в своё сердце. Даже если и так — это ничего не меняет. Он любит Вадима и будет любить всегда. Вернее, как всегда-то? До сентября. Может, если повезёт, то даже до ноября. Или… Зачем он прихватил с собой пистолет? Неужели и правда любовь закончится прямо сейчас, вот на этом камне, в печальном свете луны? А какой смысл тянуть? Что ему дадут эти несколько месяцев, бо́льшую часть из которых он будет прикован к постели, корчась от боли? Лучше уж закончить всё это прямо здесь — там , где жизнь его сделала самый крутой поворот, чтобы совершить круг длиною в несколько лет и вернуться сюда же, в точно такую же ночь, только уже одинокую, поглотившую его со всей шелухой прошлого, настоящего и будущего.
Максим достал пистолет. Снял с предохранителя. Повертел в руке, любуясь, как играют на его обшарпанных боках блики луны. Потом приставил к виску. Зажмурился…
И в этот момент раздался телефонный звонок.
Максим дёрнулся, нажал на крючок, понимая, что дуло соскользнуло с виска и выстрел теперь придётся мимо его головы. Но курок громко щёлкнул, а выстрела так и не прозвучало. Что за чёрт?! Максим вынул обойму. Посмотрел. Она оказалась пуста. Неужели Ирина нашла его тайник и предусмотрительно изъяла из обоймы патроны? Ну конечно. Она уже видела однажды его целящимся ей в голову. Она боялась. Боялась за себя и за сына. Как вообще могла она после того случая продолжать жить с ним в одной квартире? В её глазах он, наверное, выглядел сумасшедшим. Однако жила, надеясь на что-то. На что? Жалела его? Чувствовала себя виноватой? Максим не находил ответа на этот вопрос.
Телефон продолжал наигрывать неуместную в этот момент весёленькую мелодию. Максим со злостью отбросил пистолет в реку. Достал мобильник и посмотрел на экран. Номер был незнакомый. Он хотел нажать на отмену, но палец предательски промахнулся и ткнул в зелёную кнопку «Ответить». Ну ладно. Послушает, что кому-то понадобилось от него посреди ночи.
— Да, — громко сказал он.
— Максим, — прозвучал до боли знакомый голос. Он сразу его узнал. Это звонила Катя.
— Катя?
— Узнал, значит? — слегка усмехнулась она. — Привет.
— Привет, — голос Максима дрогнул.
Ему не верилось, что этот звонок реален. Разве бывают такие совпадения? Может, он всё-таки успел выстрелить, но не заметил, как превратился в призрака, и теперь ему мерещится всякое? Он даже осмотрелся вокруг, думая обнаружить своё бездыханное физическое тело, как это бывает в фильмах. Но тела не было. Ничего вокруг не изменилось. Ничего не вздрогнуло ни от трагедии, которой не случилось только благодаря Ирине, ни от невозможного в эту минуту звонка от Кати. Туман ещё плотнее сгустился над медленным течением Тархи, краешек луны скрылся за небольшой тучкой. В реке снова плеснулось что-то крупное, как раз в том месте, куда бросил Максим не оправдавший себя пистолет.