Что имеем в итоге? Если Лёня с Вальте не уберутся из моего мира через шесть дней, то привет апокалипсис; если он прыгнет в другой мир без меня - хана Лёне. Не знаю как вы, я лично больше за второй вариант... была.
- Лена, я должен сказать, что поскольку наш отдел впервые сталкивается с такого вида клятвой, то я не могу с уверенностью сказать, как на вас отразится невыполнение господином Илёнтерэнером его обязательств...
- Несварением желудка? - что-то плохие шутки так и прут из невиданных глубин моего мозга. Ну или что там у меня за место оного?
- Ха-ха. Думаю, что это будет наименьшей проблемой...
А дальше пошел мат. Ибо нормальных слов у меня уже не было. Возмущалась я долго, но особенно сильным мое возмущение было тому факту, что искать пути к отступлению для Лёни должна я. Чем, спрашивается, занимается целый отдел?! Кто будет искать Лёнин мир? Я?! "Простите, мы тут мир потеряли, вот эти два котяры оттуда, не подскажите, как нам их теперь домой вернуть?" Так что ли? Знаете, что мне ответил товарищ Иванов?
- Мы работаем над этим. - ЧЁРТ, как многообещающе прозвучало! Я аж поверила... в то, что надо срочно предпринимать меры по нахождению мира Лёни, а иначе меня ждет до-о-о-лгое путешествие по невиданным тропкам замирья.
Трубку я не просто положила, я её ПОЛОЖИЛА. Запаханная, с зареванным лицом резко поворачиваюсь и вижу, как на меня из кухни смотрят семь пар глаз. Папа - восхищенно, восторженно; Вальте - "Дура. Она и в Африке дура"; Маришка - неодобрительно; Костик - задумчиво-вопросительно; Лёня - пофигистически; мама - охренетически; Дюша - не вник, ему мама вовремя уши заткнула.
- Мама, пожалуйста, только не надо мне сейчас читать морали. У меня совсем нет настроения их выслушивать. И вообще я ушла спать.
Кажется, мне снились кошмары. Впрочем, вообще удивительно, что я спать могу, с такими-то сюрпризами бессонница вам обеспечена, но организм у меня крепкий, а уж сон не променяет ни на какие коврижки мира. Проснулась я от удушения (надо что-то делать с моментом пробуждения - с каждым разом он все травмоопасней, так, глядишь, я могу вообще и не проснутся), душило меня тело, вольготно развалившееся на мне. Что-то мне подсказывает, что это тело возомнило меня своей личной персональной подушкой!
- Какого хрена ты делаешь в моей кровати? - нет, это уже не в какие рамки не лезет! Одна ночь простительна - тогда мы оба были пьяны, вторая уже подозрительна - Лёне предлагали лечь в другом месте, но он нашел, что то ложе слишком мало, а вот моя дачная кровать ему больше по габаритам подходила. Но сейчас? Сомневаюсь, что мама отправила его спать именно в мою спальню, логичнее было бы положить ко мне Маришку...
- Умоляю, - прогудел Лёнин голос откуда-то из вороха подушек и одеял, - заткни этот кошмар!!! - недоуменно перевариваю фразу...
- Ч-е-ерный во-о-оро-он, что ж ты вье-е-е-ешься... - громогласно звучит из соседней комнаты уже привычная для меня утренняя распевка моей племяшки. Нет, когда она только начинала выкидывать такие коленца, мы тоже спать не могли, а потом ничего, привыкли. Как говориться: человек ко всему со временем привыкает...
- Я клянусь Катаром, что больше не назову тебя идиоткой, если ты заткнешь свою племянницу!!! - от этого вопля из-под моей кровати, я практически слетела с ложа, испуганно уставившись под диван. Там, закрыв уши руками, лежал Вальте...
Для кошаков Маришкин голос оказался сюрпризом. Даже боюсь представить, уж если даже у меня от особо высоких аккордов по спине мурашки бегут и уши закладывает, то что тогда у кошаков со слухом твориться? Так что зря я грешила на Лёнину страсть спать со мной, он как послушный мальчик лег в предоставленный им комнате, где мама поселила всех мужчин: Костика, Дюшу и Вальте. Сама мама вместе с папой заняли самую маленькую комнату, ну а Маришка, судя по всему, спала со мной, пока не проснулась и не отправилась распеваться в ванную. Таким образом, весь спектр голоса моей племяшки в большей мере смогли оценить только кошаки, все остальные члены семьи давно привыкли к Маришкиному голосу, так что ни Дюша, ни Костик даже не проснулись.