- Что?.. - мои губы были чужими. Я затравленно оглянулась, все еще надеясь увидеть племянников, но их не было.
- О, Катар! Мой Герц! Этот чертов артефакт начал светится, когда я вам позвонил. Скорей всего кто-то активировал портал. И судя по тому, как была рада гм... Мартиника, она знала этого человека. Скорей всего это был призыв из Сотерии.
Я даже до конца не поняла его объяснений, единственное, что врезалось в сознание, что мои племянники ПРОПАЛИ!
Сложно описать чувства, охватившие меня в этот момент. Все смешалось: ужас, страх, злость... Потом наступила тьма. Я не помню, что было дальше и как все происходило. Когда я более-менее пришла в себя, то оказалась в крепких Лёниных объятьях, спиной прижатая к его груди. Мое лицо было в слезах, меня била дрожь и тошнило. Ноги тряслись и подкашивались. И если бы Лёня не держал меня столь крепко, то я, наверное, упала бы. Напротив меня на полу, привалившись к стене, сидел Вальте. Буравя меня не просто злым, а прямо-таки бешеным взглядом. Вид он имел потрепанный: рваная рубашка, исцарапанное лицо, правой рукой он держался за шею, пытаясь прикрыть, а может остановить кровь из раны на ней. Рана более всего походила на укус...
- Мой Герц! Она - бешеная! - зло рявкнул он, вскакивая на ноги. Понять, что произошло не сложно: просто в тот момент, когда я поняла, что произошло с моими племянниками, у меня просто "сорвало крышу". Главный враг, виновник всего происходящего был именно он - Вальте. Я никогда не знала, что бывает такая всепоглощающая ненависть, но теперь узнала, что она есть. Наверное, если бы Лёня меня не остановил, я бы смогла убить. Точнее я была ГОТОВА убить. Сомневаюсь, что у меня бы это получилось. Все-таки моим противником был инопланетный кошак. Шансов его победить у меня очень и очень мало. Да и эти раны были получены им потому, что он практически не сопротивлялся... Хотя не совсем: судя по тому, как у меня горит левая щека, я получила довольно сильный удар по ней.
Голос Лёни прозвучал над ухом, как выстрел, выводя меня из "шокового" состояния:
- Еще раз коснешься моей шайти и ты не только лишишься звания оотеро, но и жизни, - тихо, спокойно и с расстановкой.
- Что? Кого? - недоверчиво переспросил Вальте, потом побледнел и резко вскочил на ноги. - Мой Герц, но это НЕВОЗМОЖНО! - его слова были полны убежденности в своей правоте. - Так не бывает!
Лёня ответил красноречивым молчанием.
- О Катар! Мой... Рэн! Калтух тебя побери! Да не может такого быть! Ты слышишь меня! Она не может быть твоей шайти! Просто потому, как она в принципе не может быть шайти! Она не из РОДА. Она вообще никто! - я слышала, как распалялся Вальте, все сильнее и сильнее, того и гляди пена изо рта пойдет... но мне было все равно. И даже кто такая шайти, мне было глубоко безразлично. Я перевела взгляд с Вальте на свои ладони и долго тупо смотрела на них. Только секунду назад я держала руку Маришки в своей руке, только утром я делала Костику бутерброд, ерошила их волосы, проходя мимо... Все это было еще с утра... Еще пару часов назад я держала Дюшу на руках, и он читал мне лекции. Мой серьезный и гениальный Дюша...
Тихо всхлипнув, я уткнулась в ладони лицом, которое оказывается, уже было мокрым от слез. Что я теперь буду делать? Как мне быть? Живы ли они? Где они? Как мне их вернуть? Как сказать сестре и брату, что я потеряла их детей? Как смотреть им в глаза? Как вообще можно остаться в своем уме после такого? Я хочу умереть. Я не могу жить с таким грузом. Что если я их не найду? И где вообще искать?!
- Господи! Господи! Господи! ГОСПОДИ!- сквозь слезы шептала, кричала и завывала я. Заглушая крики Вальте и, кажется, теряя сознание.
Я словно впала в кому. Все слышу, вижу, но не чувствую и не понимаю. Я вижу и слышу, что Вальте с Леней о чем-то спорят. Ругаются. Вальте в отчаянье все еще пытается доказать что-то Герцу, но тот его уже не слушает и обращается ко мне:
- Если хочешь вернуть детей, то собери еды и переоденься для похода, - все еще не осознавая до конца, что происходит, начинаю действовать. Главные слова - "дети" и "вернуть" - вот что вертится в голове. Из стенного шкафы тут же была выужен спортивный рюкзак, в который полетели: одеяло, консервы, хлеб, две бутылки воды, колбаса твердого копчения и оставленные мамой пирожки. Сама я молниеносно переоделась в утепленный спортивный костюм и кроссовки, не забыла и про теплую куртку. Я была готова через пятнадцать минут, хотя и не представляла, куда мы пойдем. Вальте еще что-то говорил и пытался переубедить, но Лёня его уже давно не слушал.
Я никогда не думала, что переход между мирами может произойти так обыденно. Вот Лёня взял меня за руку, вот что-то сказал, я моргнула, а когда открыла глаза, то картинка еще расплывалась (иногда такое бывает, если долго смотреть на солнце, а потом перевести взгляд на что-то другое)... А еще мне это напомнило один случай, будучи маленькой, я заснула прямо перед поездкой на дачу. Родители не стали меня будить, а просто погрузили в машину. Когда они приехали на дачу, оказалось, что заклинило дверной замок, и мама решила подождать у соседей, пока папа разберется с проблемой. Меня же положили в соседской гостиной, где я и проснулась... Никогда не забуду этот ужас! Засыпала в одном месте, а проснулась в совершенно другом - чуждом, не знакомом и от этого подсознательно страшном. Это первое чувство паники и страха. Страха неизвестности и чуждости...