Череду моих бредовых мыслей прерывает Лёня. Он резко хватает меня за плечи и притягивает к себе, глядя привычными уже красными глазами.
- НЕ ОТПУСКАЙ МЕНЯ, - это мне в лицо практически рычат.
- А? - я Даун-Дауном. ЧТО ПРОИСХОДИТ?
- Она хочет силой перекинуть меня и отправить в наш мир. Она еще верит, что может подчинить себе моего акту. Ты должна любой ценой остановить меня. Не отпускай. Я не знаю, что может произойти, если она меня уведет. Акту не может жить без своей шайти. В противном случае, они впадают в безумие и убивают всех. Не дай мне стать убийцей! - нифига себе пожелание.
Маман что-то монотонно бубнит на заднем плане, а передо мной уже акту. Тело напряженно как перед прыжком, крылья тесно прижаты к телу, впрочем, уши тоже. Глаза в темноте светятся. Знакомая картинка, но я все же еще не привыкла.
- Иди ко мне, - властно приказала Мильен, и кошак неуверенно качнулся к ней. А может это выход? Пусть идет. Может он и не сойдет с ума? Если я такая необычная жрица, то может и шайти из меня плохая, и он вполне хорошо проживет и без меня? Все к лучшему? Пусть уходит. И в моей жизни наконец-то настанет покой. Все вернется в привычную калию. Никаких пришельцев, никаких оборотней, никаких перемещений. Я буду свободна. От Лёни, его акту и мамы.
- ИДИ! - властности в голосе прибавляется, но кошак все медлит. Лишь на секунду я встречаюсь с его глазами, а затем... Мама, роди меня обратно! Как БОЛЬНО! Меня буквально скручивает от дикой боли. Я даже не могу сравнить эту боль ни с чем. Я такую боль еще ни разу не испытывала. А самая страшное, что эта боль словно сочетает в себе как физическую, так и душевную. Когда мне было четырнадцать, умер мой хороший друг, он был старше меня, и многого что происходило с ним, а я в силу возраста и неопытности не могла понять. А значит, не могла его спасти. Чувство вины, от сознания того, что не смогла понять его боли и одиночества. Страшное чувство утраты от потери близкого мне человека. Когда его не стало, я плакала неделями. Просыпалась в слезах, но самым сложным было сбежать от воспоминаний последнего разговора. Это была и до сего дня оставалась самой страшной душевной болью. До сего дня...
Это была не моя боль. Это была боль моего акту. Это была боль моего Лёни. Его буквально разрывает на части от принудительного приказа. Приказа, который он может скинуть, разорвать путы, что связывают его с этой жрицей. Навсегда. Но эта жрица не чужой человек, это мать. Есть вероятность того, что он ее убьет, убьет, если откажется подчиняться. Но он не может покинуть меня. Я его шайти. Я та, ради кого живет акту. Я главная часть его мира. Я, по сути, и есть его мир. Я.
- СТОЙ! - почти вой. Я не могу его отпустить. Крылья резко распахиваются, передние лапы упираются в пол так, если бы его тянули за поводок, а он сопротивлялся.
- Что ты делаешь? - я даже не поняла, кому она задает этот вопрос, мне или ему?
- РРР, - тихий, предупреждающий рык. Я чувствую боль, боль потери. Акту разрывает связь. Он ждал лишь моего решения. Я сказала, чтобы он остался. Я приняла его. У акту не может быть двух жриц, только не тогда, когда у него есть шайти. Шайти превыше всех жриц, пусть даже верховных и даже если она твоя мать.
- Ты не можешь этого сделать! Я Верховная жрица и я тебе приказываю! - так больно. Она усиливает свое воздействие.
- Пожалуйста, хватит! - я плачу, мне так больно. Как будто сердце разрывают.
- ИДИ! - не сдается Мильен.
- Пожалуйста! Ему же больно! Хватит, - у меня уже истерика.
- ИДИ! - перед глазами уже звездочки. Но я не могу позволить ей его увести.
- СТОЙ. Он - МОЙ, - а дольше стало еще больнее и меня скрутило на кровати, а затем забило в конвульсиях. А еще через секунду я была на руках у Лёни.
- Тише-тише. Я с тобой, успокойся, - какое, к черту, успокойся? Мне словно душу вывернули на изнанку!
- Что это? - тихий, удивленный голос Мильен. - Такого не бывает. Я же Верховная жрица!
- Я тебе уже говорил. Она - моя жрица, - страшно, его тон, его голос. Это угроза. Это предупреждение.
-Но даже если она твоя жрица, такого быть не может! Я не только Верховная жрица, я человек из твоего РОДА. Я твоя мать! - интересно, она только сейчас об этом вспомнила? И неужели она не слышит предупреждения в этом тоне? Неужели не понимает, что надо уйти?