- Он изучает африканские диалекты! Может на одном из них выразился. Диссертацию пишет, - вжавшись в угол и закрыв ладонью нос, активно закивала. Ленка подозрительно покосилась на меня, но сковородку, слава богу, убрала. Аллилуйя!
- Да весело было. Ты его здорово работать заставляла, - заржала подружка.
- Я?! Как? - взвыла я. Что же я такого творила-то?
- Не знаю. Ты ему вечно что-то на ушко шептала, и он сразу выполнял все, что я просила. Особенно хорошо получился взгляд хищника. А еще один взгляд я назвала "влюбленный тигр"! Он ТАК страстно уставился в объектив, что я почти растаяла!- кошмар, что я ему тогда наболтала? Верните память! Хорошо хоть Лёня и сам не помнит.... Или помнит, но не признается?
- Лен, а что я в таком виде делаю? - обведя рукой свой... гм... наряд, наверное. Как еще эту занавеску назвать я не знала. Ленка флегматично пожала плечами и, усевшись напротив меня за стол, начала есть свою яичницу. Где там Лёня? Еще не вернулся? Чувствую, скоро я буду совершать забег по коридору, а вот Ленке хоть бы хны. Сидит, ест свою яичницу за обе щеки.
- Ты понимаешь, твой иностранец, поначалу, очень стеснялся камеры, вел себя как деревянный. Я ему говорю, чтоб расслабился, а он, наоборот, все больше напрягается. Чего только не пробовала - даже бренди ему подливала, а он как воду хлещет и ни в одном глазу! Ты знаешь, я даже начала думать, что существует иммунитет к алкоголю! - да, Ленка, ты права. Существует. Только не в нашем мире и, увы, не у меня. Мало того, что напилась до беспамятства, как еще ни разу не напивалась - ведь обычно помню, что было, а сейчас... туманно все, в этом мире качающемся! - это все, что могу сказать про свои воспоминания о прошлой ночи. - Тогда ты начала подливать ему валерьянку! Я глазам своим не поверила, когда он начал расслабляться, словно бренди подействовало! А ты еще радовалось тому, что у меня много валерьянки - да и как иначе? Ты знаешь, какие у нас модели нервные? Это просто ужас! А некоторые еще возмущаются, мол, валерьянка - это удел плебеев. А я им кто? Аптека? Бегать разные успокоительные выписывать? В личные рабы не нанималась! Так что только валерьянка! Зато много, на всех хватает. Точнее хватало. Твой Рэн почти все выпил, - скорей бы она уже доела эту чертову яичницу! Не могу на нее смотреть.
- Ты не ответила. Почему я в этом? - старательно отводя глаза от сковородки, тыкаю в вырез своей хламиды.
- А, ты все про это. Да странные у вас отношения, - я вся подобралась. Это она сейчас о чем? - Твой Рэн почему-то успокаивался исключительно тогда, когда ты рядом была. Стоило тебе уйти - а ты пару раз уходила на кухню - так он такой нервный становился. Жуть. Я думала, после такого количества валерьянки таким дерганным быть просто нельзя! - действительно странно, чего он так волновался? Что я сбегу? Так ему вроде ни жарко, ни холодно. Или все-таки не все равно? Боится остаться без компании в чужом мире? Или здесь что-то другое? - Правда, он все время бормотал о клятве. Когда я спросила, о чем он говорит, то твой Рэн сказал, что, если с тобой что-то случиться, он просто этого не переживет. Мне тогда это показалось так романтично! А у него оказывается невеста... Ленка, мне так жа-а-а-аль! - вдруг зарыдала моя темпераментная подружка. И, главное, чего ей жаль? Что у Лёни невеста есть? Так мне тоже жаль... невесту. Такое чудовище и в мужья? А вдруг он ночью в акту перекинется и решит её сожрать? Кто его остановит? Вот и мне не по себе. А чего Ленке жаль? Того, что Лёня не мой жених? Так и славу Богу, не надо мне такого счастья. А про клятву все понятно: помнится, Лёня дал клятву, что берет меня под свою защиту и если со мной что случится, то кирдык будет Лёне. Понятно теперь, что он так нервничал - в том состоянии, что я была, могла и ни за что пострадать. Например, навернутся в этой хламиде, что вполне логично - на ногах я еле стояла. Не знает же бедный Лёня, что для русского человека ушибиться в таком состоянии проблематично. Сколько себя помню, дачный алкаш Петька постоянно падает, когда напьется, после чего добирается до дома исключительно ползком (ну, если не заснет в близлежащей канаве) и при этом на нем ни царапины! А однажды, в состоянии близким к трупоподобному, он упал с крыши трехэтажного дома. За каким чертом его понесло на крышу - никто не знал; как лез - никто не видел, зато все наблюдали падение. Какой крик поднялся после оглушительно "бум" страшно вспомнить: бабки причитали и голосили, дети ревели, мужики были в ступоре. Собралось пол дачи: кто-то пытался прощупать пульс, и не нашёл его. Кто-то вызвал "скорую" и уже начал собирать деньги на похороны. Приехала "скорая". Бригада долго за нами наблюдала, а потом молоденький врач тихо так поинтересовался, где же пациент? Все дружно указали на то место, долго пялились на пустой пятачок земли... Труп исчез. Тут уж поднялось что-то невообразимое, каких предложений только народ не высказывал. Когда дошли до того, что Петьку похитили инопланетяне, из туалета, подтягивая штаны, выплыл виновник переполоха. Все замерли.