Всё еще пытаясь понять, что за чудо мне звонило, ставлю телефон на подзарядку - хорошо, что всегда таскаю ее в своей сумке. Только включив телефон, получаю сообщения о том, что мне звонила сестра, и даже перезвонить не успеваю, как телефон вновь звонит.
- Да? - настороженно говорю в трубку, потому как телефон не знакомый.
- Здравствуйте.
- Утро доброе.
- Я имею честь говорить с Еленой Александровной?
- Да, это я. А вы...?
- Эдуард Митрофанович, - поспешно, но с большим достоинством, представляется собеседник. Вот так имечко. Такое имечко я бы определенно не забыла, если бы слышала хоть раз.
- Э-э-э... Эдуард Митрофанович, простите, но вы, собственно, по какому вопросу? - может с работы.
- По семейному, - слегка неуверенно отзывается Эдуард.
- А? - у меня что, новый родственник объявился? Так мне и тех, что есть, вполне достаточно.
- Вы знаете... - слегка смущенно поясняет мужчина, - я тоже до безумия люблю поделки из спичек. Обожаю борщ и согласен с тем, что 'Пила' культовый фирм всех времен и поколений. Поэтому я считаю, что мы просто идеально подойдем друг другу. - МАМА! Опять маньяк?!
- Э-э-э... - так, Леночка, собираемся с силами, перебарываем ужас и кладем трубку.
- Вы простите, что я так сразу звоню. Но я не слишком люблю переписку. И потом, когда я прочел все то, что вы написали, я просто понял: вы и я просто созданы друг для друга! Давайте встретимся сегодня?
- Я сегодня не могу, - выдыхаю я.
- Жаль. А как насчет завтра?
- О, я... э-э-э...
- Вы еще и сами не знаете? Тогда, можно я позвоню вам завтра?
- А-м-м... Может, лучше я сама позвоню.
- Я буду ждать.
- Простите, Эдуард Митрофанович, а вы не напомните, я адрес свой там не писала? - где 'там', сама не знаю, но, главное, узнать - не знает ли этот псих, где я проживаю, а то еще припрется в гости этот любитель 'Пилы'.
- Нет, вы об этом не упоминали. Я считаю это правильным. Ведь сейчас так много ненормальных, - кто бы говорил. Так, Леночка, первым делом надо срочно сменить номер телефона, чтоб этот маньяк меня больше не доставал своими звонками. Не прельщают меня вечерние разговоры про маньяков и спички. Что-то не припоминаю я такой своей любви к спичкам, а поделки из них, дай Бог памяти, делала в классе в третьем - то ли осла, то ли лошадь, да и там, в большей степени, строительным материалом выступали желуди.
Только распрощалась с любителем спичек, как опять зазвонил телефон.
- Кто говорит? - это я от испуга, номер опять не знакомый.
- Слон, - выдыхаю с облегчением, ибо голос мне знаком, с самого рождения его слышу.
Впрочем, радость длилась не долго, поэтому с самого утра у меня единственная мысль: куда деть ребенка? Ведь Динка не собирается вернуться, во всяком случае, в ближайшее время.
- Ленка! Ну у тебя же отпуск? Посиди с Дюшкой. Тем более, он не из тех детей, что требуют к себе большого внимания. Главное, кормить не забывай и не забудь в сад отводить вовремя, - мудро промолчав, что про сад я запамятовала в связи с навалившимися проблемами, так как в понедельник, когда туда, собственно, и надо было отправить ребенка, я прибывала в состоянии жесткого похмелья у подруги, а то, что бабуля поведет ребенка в сад можно было даже не мечтать, особенно Дюше, который о садике, наверно, уже грезил, я постаралась обратить внимание Диночки на другое.
- Что значит посиди? Сколько?
- Слушай, не бузи. У нас с Вовой за много лет первая возможность побыть вдвоем. Понимаешь? Без детей. Хотя, ты, наверно, не понимаешь... Но вот подожди - появятся у тебя свои детки, тогда поймешь.
- Дин, да твоими стараниями у меня такой возможности и не предвидится. Только в отпуск намылилась, а ты?
- А что такое? У тебя кто уже на примете? - взволнованно прощебетала Динка, меняя тон с приказного на заинтересованный. - То-то я думаю: и чего ты вдруг отпуск в такое время, не рыба не мясо... И вообще, могла бы тогда и раньше предупредить.
- А?! Это когда, позволь уточнить? Не в тот ли момент, когда ты примчалась ко мне домой и, НИЧЕГО не спросив, просто оставила Дюшку, а потом звонишь и ставишь меня перед фактом, что приехать не сможешь?
- Только не надо на меня бочку катить. Ты хоть представляешь, каково это - воспитывать детей? Молчишь? Вот и молчи! И вообще, бери пример со старшей сестры.
- Ась?
- Ну, мне-то как-то удалось наладить личную жизнь. И это при том, что мне, зачастую, приходилось нянчиться с вами - спиногрызами всегда, когда у родителей были свои дела, - так, все, сестренка оседлала любимую тему - о том, как она самоотверженно отдала себя на алтарь материнства с юных лет. Любимый конек моей сестры - напомнить мне, что именно я являлась помехой для ее личной жизни в ее самые молодые годы, в пору буйства гормонов. Веселое время, я вам скажу. А как меня "любили" ее друзья, просто не передать словами. Но вот, когда я всех доставала окончательно, особенно мою сестру, она передавала меня на попечительство моему брату. Так что мое воспитание сложно назвать не многогранным, а историю моего взросления - тихой и умиротворенной. В четыре года я уже успела покататься на всех возможных средствах передвижения, особо любимыми для меня стали двухколесные. Велосипед моего брата я обожала просто до умопомрачения, специально для меня к раме прикрутили детское сидение, на котором я гордо восседала с двух и до пяти лет, потом меня пересадили на багажник. Но уже в три года я смело держала руль, пока брат крутил педали, ведь по шоссе братец любил гонять без рук. Ему так же было лень слезать с велика, когда надо было переехать глубокую канаву по тонюсенькой доске. Мой брат - экстремал, но в четыре или пять лет, о значении этого слова я могла лишь догадываться, да и потом, все, что он проделывал, было для меня в порядке вещей. Поэтому я искренне изумлялась ужасу в глазах его друзей, когда они аккуратно слезали с великов и, с громко колотящимся сердцем, пытались элементарно пройти по этой дощечке вместе с великом, в то время как мы с Артуром проезжали по оной.