Когда вокруг воцарилась тишина, Вальте весь посинел от злобы, а Лёнино задумчивое выражение лица превратилось в маску смерти, я, наконец, прекратила драму и задала столь волнующий меня вопрос:
- Так у вас фикусы есть? - народ долго и старательно переваривал мой вопрос. Кто-то в сердцах бросил, что я психопатка, кто-то начал перешептываться о том, что никогда бы не подумал, что эти двое (Лёня с Вальте) гей-парочка, ведь так не похожи! Медленно, но верно нарастал гул из людских голосов и перешептываний. Как же наши люди любят обсудить последние новости не отходя от кассы, так сказать.
Наконец очухалась продавщица.
- А вам какой фикус? - пришла очередь задуматься мне.
- Обыкновенный? - неуверенно предполагаю. Глаза продавщицы загораются фанатичным блеском.
- Вам бенджамину? Он же Ficus benjamina? Или, быть может, вы предпочитаете Фикус каучуконосный, эластичный, иначе Ficus elastica? А может вам не домой, а в сад? Тогда берите Фикус бенгальский - Ficus benghalensis, а еще лучше Фикус религиозный -
Ficus religiosa - именно под этим деревом Будда достиг Нирваны! - Мама моя! Мне что, опять везет и я нарвалась на фанатку фикусов?
- Нет, девушка нам домой надо, чтоб дома рос... Или... Леня! Может, ты хотел бы подарить маме Ficus religiosa, чтоб она Нирваны достигла? - заискивающе лыблюсь Лёне.
- Да я тебе сейчас такую Нирвану покажу, что маму родную не узнаешь! - шипит верный вассал.
- Если я маму не увижу, то твоя единственная в этом мире зеленоглазая любовь не увидит маминых пирогов, как своих ушей, - жизнерадостно отзываюсь я. - Девушка, нам нужен один фикус для его, - кивок на Лёню, - мамы, а то она так трудно перенесла известие о том, что ее сын гей, просто кошмар. Она ужасная любительница фикусов, вот мы и хотим ее задобрить. Другой фикус нам нужен для его же отца - тот мужчина суровый, военный. Ну а третий нужен нам домой, сын не ушел далеко от матери, так же любит фикусы.
- Вам домой? - изумленно переспрашивает продавец, перегибаясь через прилавок. - Так вы еще и вместе живете?! - ого, теперь у меня много сочувствующих взглядов. Еще бы! Несчастная я, мало того, что мужик бросил с ребенком на руках, так еще ради кого? Ради другого мужика, но и этого мало, они теперь еще и живут вместе с несчастной брошенной мной, напоминая мне каждый божий день о том, на сколько я не состоялась как женщина!
- А я бы не прочь и так пожить с такими-то красавчиками! - профыркал кто-то из толпы. Так что нашлись и те, кто посматривал на меня с завистью.
Кроме Лёни, разумеется, в его взгляде красноречиво читалось - убью. Собственно, он даже порывался это сделать, но, повернувшись к нему с очаровательнейшим из своих оскалов, я очень тихо, чтоб никто кроме него и Вальте, которые владеют чувствительным слухом, не услышал, прошипела:
- Если ты сейчас устроишь здесь сцену или хоть что-то скажешь, то отправишься в баню с моим папой еще раз, и я сама приду тебя веничком похлестать! - на что глаза Лёни лишь блеснули праведным гневом, говоря мне о том, что на папу и веник ему глубоко чихать. Пришлось применить еще одно 'страшное' оружие.
- Только попробуй меня опозорь! Тогда я в ближайшей аптеке куплю валерьянки и разолью везде, где смогу. Когда перекинешься в акту, то передавай мои наилучшие пожелания милиции, пожарникам, армии и, особенно, ученым, которые разберут тебя на опыты! Потому как, в данный момент, мне глубоко наплевать на те документы, которые я подписывала! Пусть докажут сначала, что это я способствовала твоему превращению, а не то, что ты самовольно решил поиграть в кошки-мышки! Так что очень советую ни тебе, ни твоему горе-вассалу меня не злить! Я и так на пределе! - Не скажу, что Лёня успокоился. Судя по тому, что в глубине глаз зажегся нехороший крохотный огонек, то мне все это еще припомнится, но не сейчас.
Где-то через час, получив в руки долгожданный Фикус каучуконосный, который и оказался тем самым обыкновенным, и быстренько спихнув это счастье Лёне (ему приспичило - пусть и прет) мы, наконец, были на вокзале.