— Расслабьтесь. Они нашли револьвер.
Затем я рассказал ему все, начиная с беседы с Кремером и заканчивая разговором с Фрицем.
Вулф поинтересовался, взял ли я у Кремера расписку за фотографию.
— Нет, он был не в том настроении. Я сообщил, что федералы не убивали Элтхауза, и он жутко расстроился.
— Несомненно. Мистер Рэгг будет у себя в офисе?
— Не исключено.
— Соедини меня с ним.
И только я начал набирать нужный номер, как в дверь позвонили. Я положил трубку, отправился в прихожую проверить, кого это принесла нелегкая, и, вернувшись в кабинет, сказал:
— Можете сами попросить у него расписку.
Вулф вздохнул:
— Он один?
Я ответил «да» и пошел открывать дверь. На сей раз у Кремера не было с собой пакета молока. У него для меня вообще ничего не было. Даже кивка. Не дожидаясь, пока я повешу его пальто, Кремер устремился в кабинет. Когда я вернулся на место, он уже о чем-то вещал. До меня долетел лишь конец фразы:
— …я должен был это предвидеть. Господь свидетель, я должен был предвидеть! — Увидев, что я вернулся, Кремер обратился ко мне: — Где ты взял этот ствол и когда ты его туда засунул?
— Проклятье! — прорычал Вулф. — Вам не стоило сюда приходить. Вам стоило для начала собраться с мыслями. Арчи, соедини меня с мистером Рэггом.
Когда Кремер начинал кипятиться, помешать ему выпускать пар было практически нереально, но упоминание имени Рэгга подействовало безотказно. Я не видел свирепого взгляда, брошенного Кремером на Вулфа. Мне оставалось лишь догадываться об этом, поскольку я, повернувшись спиной, уже набирал номер LES-7700. Итак, я приготовился к долгому ожиданию, поскольку добраться до высокого начальства всегда нелегко, но ничего подобного. Рэгг, вероятно, распорядился соединять его с Вулфом немедленно, что было добрым знаком. В трубке послышался знакомый протяжный низкий голос, и Вулф взял трубку. Я остался на линии.
— Вулф?
— Да. Мистер Рэгг?
— Да.
— Мне нужна пуля. Прямо сейчас. Как мы и договаривались. Привезите мне пулю, и я верну вам удостоверения, если через месяц не выполню своего обещания. Хотя, полагаю, это произойдет раньше. Гораздо раньше.
— Я приеду, — не раздумывая ответил Рэгг.
— Прямо сейчас?
— Да.
— Сколько времени у него уйдет на дорогу? — Вулф положил трубку и посмотрел на меня. Я ответил, что минут двадцать или меньше, так как ему не придется ловить такси. После чего Вулф повернулся к Кремеру. — Мистер Рэгг будет здесь через двадцать минут. Предлагаю…
— Рэгг из ФБР?
— Да. Предлагаю вам отложить военные действия до его прихода и, возможно, ухода. А пока я опишу вам проведенную нами операцию. Я обещал мистеру Рэггу не предавать дело гласности, но на вас это не распространяется, а поскольку именно благодаря вам наша операция стала возможной, я ваш должник. Нам будет легче говорить с Рэггом, если вы ответите на два вопроса. Вы нашли револьвер в квартире мисс Дакос?
— Конечно. Я как раз спрашивал Гудвина, когда он подбросил туда ствол. И собираюсь спросить снова.
— Только после того, как мы закончим с мистером Рэггом. Вы нашли тот самый револьвер, на который у Морриса Элтхауза было разрешение?
— Да.
— Это сильно упрощает дело. А теперь о той операции…
Вулф описал все от начала и до конца, причем ничуть не хуже меня, а возможно, и лучше, если вы любите длинные слова. Не было смысла умалчивать о роли Хьюитта, поскольку ФБР о нем уже знало, и Вулф ничего не упустил. Когда он дошел до сцены в кабинете с двумя агентами ФБР в окружении людей со стволами и описал, как убрал удостоверения в ящик стола, я увидел нечто такое, чего никогда не видел и, наверное, никогда не увижу: широкую улыбку на лице инспектора Кремера. И улыбка эта появилась снова, когда Вулф рассказал о том, как в утреннем разговоре с Рэггом заявил, что его слово намного крепче, чем слово фэбээровца. Мне даже показалось, что инспектор собирался вскочить с места и похлопать Вулфа по спине, но тут раздался звонок в дверь, и я пошел открывать.
Я уже говорил, что Рэгг был ошарашен, когда Вулф попросил принести пулю, однако это было сущей ерундой по сравнению с тем ударом под дых, который он получил, обнаружив в кабинете Кремера. Лица Рэгга я не видел, так как шел сзади, хотя успел заметить, что он оцепенел и скрючил пальцы. Кремер, встав с кресла, собрался было протянуть руку, но, видимо передумав, поспешно ее убрал.
Когда я принес желтое кресло, Рэгг с ходу набросился на Вулфа:
— И где, спрашивается, ваше слово?! Которое крепче моего! Проклятый негодяй!