Марта приоткрыла окно, салон заполнился запахом влажной земли и лесных трав. Тихие стоны деревьев, шелест листвы, вскрики ночных птиц говорили о том, что вокруг есть жизнь, но она скрыта в темноте. По спине пробежал холодок. “Только бы не застрять в этом лесу.”
Через полчаса лес расступился, и словно стало легче дышать.
— Уф! Выехала! — громко произнесла Марта, чтобы подбодрить саму себя. От звука собственного голоса стало спокойнее.
Марта медленно ехала по заросшей извилистой проселочной дороге, которая вела в мертвую деревню.
Фары осветили почти разрушенный деревянный дом заросший высокой травой. За ним в дрожащем свете поползли другие дома, настолько старые, что, казалось, они рухнут в любую секунду. Окна были разбиты, двери висели на одной петле. Кое-где в грязи стояли старые заброшенные автомобили без колес и двигателей, а возле домов валялись разбросанные вещи. Ветер медленно гулял по деревне, покачивал листву, и доносил то шорохи, то поскрипывания. Насыщенно пахло сыростью и гниющими листьями.
Марте казалось, что машина вот-вот застрянет на этой вязкой проселочной дороге. В какой-то момент машину дернуло, затем она снова медленно пошла вперед, и короткие вспышки фар продолжили врезаться в изломанные стены домов.
Похоже, деревня была заброшена уже давно. Она выглядела так, будто жители бежали в страхе, ничего не забрав с собой, и что привело людей к такой спешке осталось загадкой.
Машина очень медленно продвигалась вглубь заброшенной деревни.
Когда свет фар уперся в заросли, Марта заглушила двигатель. Брата нигде не было видно. Сети на телефоне тоже.
Она вышла из машины, и ее лицо обдал холодный сырой воздух. Откуда-то потянуло запахом болот.
“Что же делать, куда идти?” — думала Марта, оглядываясь по сторонам.
Она чувствовала себя потерянной и одинокой в этой пустынной заброшенной деревне, но не могла повернуть назад…
***
Марта, освещая себе дорогу фонариком из мобильного телефона, стала пробираться сквозь заросли кустов, и перед ней открылась старое заброшенное кладбище.
Она двигалась так тихо между деревянных крестов, словно боялась кого-то потревожить. Дойдя до середины, Марта остановилась и, затаив дыхание, вгляделась в темноту.
В темноте Марта увидела фигуру, стоящую над могилой, в тридцати метрах.
— Миша, Миша! —тихо позвала Марта. А потом громче.
Поднялся сильный ветер. В небе сверкнула молния и ударив в землю, освятила кладбище. Марта четко увидела впереди фигуру в плаще с капюшоном на голове, но это был не брат. Она бросилась бежать к машине прижимая телефон груди, а крупные капли дождя били по щекам. Но на пути,человек словно вырос из земли. Марта бросилась бежать в другую сторону.
Всполох молнии осветил небольшую постройку в двадцати метрах от Марты.
Дверь была не заперта. Марта вбежала и тут же попыталась закрыть за собой дверь, но та не поддалась, словно вросла в землю. Марта прислушалась, в темноте не идет кто-нибудь за ней, но шагов не было слышно. Постояв еще немного и успокоившись, она включила фонарик на телефоне, поеживаясь от холода, и стала оглядываться. Это склеп– догадалась она.
Под потолком висели с десяток летучих мышей. От света фонарика, растревоженные, они разлетелись в разные стороны. —Марта вскрикнула от ужаса. Она попыталась успокоиться и осмотреться внимательней.
Заброшенный и разрушенный склеп изнутри выглядел жутко. Покрытые трещинами стены… покрывала плесень. Потолок обвалился, на полу — грязь и пыль, в углах — паутина. Гробы были разрушены, на каменном полу лежали разбитые старинные вазы для цветов, валялись обломки кирпичей. Место, которое когда-то было святым, теперь выглядело заброшенным и забытым.
Марта прошла в одну из комнат. Осветив, она увидела захоронение в стене, заложенное мраморной плитой. На ней была надпись. Марта, полу - тихим голосом прочла.
“Ступивший на эту землю, помни–таинственное и загадочное место. Между жизнью и смертью лежит тонкая грань, и надо относиться с почтением к миру погибших. Пусть мир мертвых
напоминает о нашей судьбе и учит нас ценить каждый день жизни. Смерть не конец, а новое начало”… “Кто приходит сюда, попадает в ловушку, и скоро может стать жертвой, для тех, кто хранит здесь свой мир и покой”.
Марта отшатнулась, колени задрожали. Оказаться здесь, в темноте, одной, рядом с мертвецами и летучими мышами, — это было уже слишком. Но вместо того, чтобы бежать прочь, она продолжала осматривать склеп. Что-то было тревожное, странное, цепляющее в этом месте, в этих словах. Но что именно?..