Под солнцем ярким таяли они.
И расширяло море с радостью владенья;
и, как дитя, не чувствуя вины,
сметало всё, не зная сожаленья.
А под водой, в заброшенных домах,
кипела жизнь с повадками морскими, -
без суеты, без зависти, впотьмах,
и без границ – неслышно и незримо.
Безмолвие, забвение, покой...
А дни идут без счёта – год за годом.
Пусть наверху бушует шторм порой,
здесь тишина – под безразличным сводом.
А быт налажен, нечего делить,
живи свободным, рассыпайся в пену.
Не надо жаждать - надо просто быть,
постичь свободы истинную цену.
Мне не понять, что значит этот сон,
к чему вода, какая тут примета?
Но как же долго длился ночью он,
и может быть когда-нибудь и где-то...
2010
«Сей год не удачен…»
Сей год не удачен вполне:
всё лето дожди полосами.
А где‑то жара и в огне
леса золотятся кострами.
Нигде равновесия нет.
Пора обращаться к истоку.
Недвижны узоры планет,
и тучи уходят к Востоку.
На Западе буйствует гром.
Удушливый вечер печален.
Но я как всегда не о том…
Не помню, что было в начале.
2011
«Не искушай чужих наречий…»
"Не искушай чужих наречий",
что в них от сердца, для ума?
Тоску лишь только небо лечит
своим простором, да зима
скует морозами заботы
и даст возможность отдохнуть.
Зимой в деревне нет работы:
снег все замёл и труден путь.
А в голых ветках стылый ветер
о чём‑то жалобно поёт,
да в небе солнце тускло светит,
без сил пробить на речке лёд.
И всюду холод, всюду стужа.
И не понять: зима виной
иль зачерствели наши души:
тьма – впереди, тьма – за спиной…
2010
«И змеится с тех пор…»
Царь змеи раздавить не сумел,
И прижатая стала наш идол.
И. Анненский
И змеится с тех пор здесь тоска,
и кишат в головах злые мысли.
Всё другое, - проходят века,
жизнь идёт, только мало в ней смысла.
Ночь, рассвет, догорает фитиль,
скоро солнце опять заалеет.
Может мы – придорожная пыль?
Может кто-то нас просто жалеет?
А вокруг миллиарды планет,
только солнце другое там светит.
Хорошо там, где нас ещё нет,
ну а здесь – прежний царь лишь в ответе.
2010
Полная луна
Звёздною ночью при полной луне
долго я ей любовался часами.
Слышно, как сердце стучит в тишине,
тонкую нить протянув между нами.
Мучает тайно, покой не даёт
это сиянье луны серебристой.
Словно она нашу Землю ведёт
к цели неведомой трассой лучистой.
Путь тот далёк, вереница веков
где-то уже растерялась в дороге.
А впереди – бесконечность часов
с космосом дальним в немом диалоге.
Здесь безграничность диктует закон,
время меняя в свободном пространстве.
Части вселенной звучат в унисон,
замыслом чьим-то придя к постоянству.
Протуберанцы свиваются в жгут,
солнце багровое дерзко венчая.
А за ним россыпью буйно цветут
яркие звёзды, в созвездья сплетаясь.
Мчимся и мчимся в космической мгле
между галактик и звёздных пульсаций.
Сколько ещё нашей грешной Земле
в поисках счастья бесплодно скитаться?
2017
ТОСКА
Больше черного горя, поэт...
Борис Рыжий
Два друга
Два друга преследуют вечно меня,
как будто два чёрных и тощих коня,
как будто два неба и два фонаря,
как будто две жизни, пропавшие зря,
как будто в ненастье - наряд и вуаль,
два спутника с детства – тоска и печаль.