– Мы вас оттуда вытащим, Вэнс. Даю слово, мы вас не оставим.
– Выброска с воздуха была бы кстати.
– Безусловно. Как только прекратятся бури. Метеорологи думают, что ждать недолго. Атмосфера стабилизируется.
– Хотел бы я в это верить.
Связь прервалась на пару секунд. Когда она восстановилась, телеметрия показала, что накопление электронов на корпусе достигло критической отмет-ки. По мере того как гравитация тянула коммуникационную секцию обратно к земле, уровень заряда ещё сильней прирастал.
– Мы её теряем, – предупредила всех Давиния.
Кое-кому из персонала Вуканга повезло, их элки сумели пробиться до самого портала и дальше в транснет, подарив пару минут поспешных разговоров с семьями. Кэш официального лагерного лога успешно перекачали в штаб-квартиру АЗЧ. И лишь Анджелу не затронуло происходящее. Солу – единственному человеку, с которым она могла бы попробовать связаться, чтобы сказать «прощай», – не нужна была вселенная скорби, которая обрушилась бы на них, если бы такое соединение и впрямь оказалось возможным. Она не могла подвергать его риску. Кроме того, нежная душа её бывшего мужа не вынесла бы ещё одного прощания.
Предоставив исключительные одиннадцать минут контакта с цивилизацией, гало электронов вокруг корпуса наконец-то перегрузило изоляцию, и заряд проник в секцию. Мёртвая масса ещё триста километров падала молча.
– Кто-нибудь из вас заглядывал в официальные новостные выпуски базы в Абеллии? – спросила Каризма по кольцевому соединению со всем персоналом АЗЧ в ранге ниже сержанта. – Идёт разработка плана финальной эвакуации. Нам просто надо остаться здесь, и через месяц нас заберут.
– Там не было расписания, – ответила Анджела. – Это токс для поднятия боевого духа, пропаганда для глупых и слабых. Ты поверила?
– Это настоящее.
– Более настоящее, чем монстр? – спросил Пареш.
– Иди на хрен! Все равно все знают, что нас убивает твоя подружка с особыми привилегиями.
– Заткнись, мать твою! – рявкнул Пареш.
– Она тебя повсюду за яйца таскает, – парировала Каризма. – Разве ты не видишь?
– Я вижу, что наш единственный шанс выжить – убраться отсюда.
– Вы ошибаетесь, вы все. Мы можем тут выжить – если понадобится, до той поры, пока не растает снег. Принтеры могли бы изготовить настоящие убежища, если бы этот исусик Эльстон не потратил все сырье на модификацию транспорта. Он же в крестовом походе, понимаете. Ему наплевать, сколько из нас умрет, чтобы он смог выслужиться перед своим Боженькой.
– Все решено, – сказала Анджела. – Мы уезжаем. Смирись с этим, у тебя нет другого выхода.
– Мы не доедем. Мы не сможем взять с собой достаточно горючего.
– Продолжай в том же духе – и я лично надену на тебя кандалы, – сказал Пареш. – Последнее предупреждение.
Элка Каризмы показала, что участники кольцевого соединения отключаются. Она посмотрела на стоявших рядом Давинию Берн и Лейфа Давдиа и заорала:
– Идиоты! Не видят очевидного, мать их! Эльстон с его безумной колонной всех нас погубит.
– Они испуганы, – сказала Давиния. – Боятся монстра и боятся идти против руководства. В конце концов, нас всех учили подчиняться вышестоящим, что бы ни случилось. Так уж устроен АЗЧ.
– Мы умрем, если уедем.
– Ты права, – сказал Лейф. – Тех модификаций, которые мы сделали с машинами, недостаточно, совсем недостаточно. Не для такой местности. Эльстон бредит, если считает иначе.
– Возможно, сам Господь ему велел уезжать отсюда, – проворчала Давиния, соглашаясь.
– Так вы оба останетесь здесь со мной? – спросила Каризма. – Для нас троих припасов и горючего хватит с лихвой, чтобы продержаться, пока не прибудут спасатели.
– Легионеры будут подчиняться Эльстону, – сказал Лейф. – До того самого момента, пока этим тупым идиотам не проткнут сердце пятью ножами. Ты слышала Пареша – они оглушат нас шокерами и бросят в сани, таков у них приказ. Надо быть умнее. Надо выбрать момент.
Каризма нехотя кивнула.
– Ага. Но мы не можем себе позволить ждать слишком долго.
Вукангская колонна наконец-то собралась в два часа дня. Как и всем, Анджеле разрешили взять небольшую сумку с личными вещами. Она выбрала кое-что из чистой одежды, носков и белья, – в конце концов, никто ещё не умер от ношения несвежей, грязной одежды, а она большую часть своей напялила на себя в несколько слоев. Дальше она упаковала снаряжение, которое купила в «Бирк-Анвин»: фонарь, инерциальный навигационный модуль, накопитель данных и одна пара солнечных очков. Пареш над ними посмеялся, но Анджела возразила, что смартлинзы могут оказаться полезными в воцарившемся на Сент-Либре полумраке. Зато она оставила свои драгоценные бутылки с солнцезащитным маслом. Пояс с инструментами был на ней, под двумя свитерами и бронежилетом. Остаток места в сумке заняли мотки шерсти и вязальные спицы.
Она вышла из жилого купола вперевалку, точно утка. Ветер утих, но облачный покров был по-прежнему плотным. В воздухе носился снег, окрашенный в розовый цвет тусклым солнцем. Северное сияние ослабело, и лишь время от времени медленные изорванные ленты цвета морской волны просачивались сквозь покрывало туч, словно обозначая прохождение какого-то громадного летающего существа.
За куполами выстраивались десять машин, из которых состояла колонна, резкие белые лучи фар радостно рассекали сумрак. Анджела с облегчением посмотрела, как они выпускают пушистый белый пар из своих топливных элементов, позволив себе почувствовать удовлетворение от того, что что-то происходит. Она, конечно, принимала заметное участие в планировании; Эль-стон и Форстер теперь считались с её мнением и не тратили время на проверку её работы. И потому она сводила друг с другом требования, которые предъявили руководители групп, составляла списки, находила баланс между весом, размером и важностью. Последнее слово было за Эльстоном, но большая часть груза, который видела Анджела, оказалась в колонне благодаря ей.
Большинство машин накрыли жёсткими сетками, из-под них выпирали контейнеры, ящики и коробки. Верхние багажники были нагружены под завязку. А сани ей показались почти неустойчивыми, так много мягких баков с биойлем они несли.
– Эй, – сказал Пареш. – Береги себя.
– Это не мне предстоит ехать верхом на бомбе.
– Ну здорово! Спасибо на добром слове.
– Лучше сам себя береги, – сказала она.
Их шлемы со стуком соприкоснулись, и Анджела ухмыльнулась от чистейшего ребячества этого поступка. Пареш повернулся и направился к танкеру, включённому в автоколонну. Они с Атьео делили кабину. Эльстон настоял, чтобы эту машину вели и охраняли легионеры.
Танкер был только один, но два автопогрузчика несли штабели баков с биойлем. Рави Хендрик и Бастиан Норт-2 по очереди должны были вести первый; Офелия Трой и Джиллиан Ковальски – второй.
Три «Тропика» и обе мобильные биолаборатории тащили сани. Первопроходцами должны были стать ДПП, чьим снегоуборочным щитам предстояло расчищать путь для менее мощных и более неуклюжих машин, едущих следом. Циркулярные пилы, принесшие столько пользы во время исследования джунглей в прошлом месяце, сложили и прижали к капоту, чтобы выдвинуть вперёд, если растительность станет более важной проблемой, чем снег.
Анджела выделила себе место в «Тропике» – 2, вместе с Форстером Варделе, Мадлен и сержантом Раддоном. Она сбила как можно больше снега с парки и брюк, открыла дверь и забралась на заднее сиденье рядом с Мадлен. На Мадлен была такая же толстая парка и множество слоев одежды. В тесноте их руки прижались друг к другу. Анджела запихнула свою сумку вниз, между ящиками с провиантом на несколько дней. Она поморщилась при виде пластикового унитаза, женских мочеприемников и пустых мешков для сбора отходов жизнедеятельности, которые тоже лежали на полу. Всем этим придется пользоваться в ближайшие пару недель, или сколько понадобится, чтобы достичь Сарвара.
– Закрываем двери, – сказал Раддон, сидевший на водительском месте. – Итак, несколько простых базовых правил. Когда двери закрыты, мы включаем в кабине обогрев, и все могут снять что-нибудь из верхней одежды. Не открывайте свою дверь, не предупредив остальных. Каждые три часа водитель будет меняться. Передний пассажир внимательно наблюдает – то есть смотрит, не нападает ли на нас монстр, не занесло ли другую машину, не началась ли лавина. Передний пассажир управляет нашим пулеметом. Пассажиры на заднем сиденье будут весьма любезны, если подключатся к сенсорам и тоже станут наблюдать.