Конечно, Джейк пользуется самым действенным способом её заткнуть.
Приходится вырываться из его объятий, потому что целоваться с заложенным носом – сомнительное удовольствие.
– Марикета, – Джейк притягивает её к себе, обхватив лицо ладонями, и стирает пальцами слёзы с её щёк, – ты нормальная. Всё, что «не в порядке» с твоей головой, пройдёт. И ты ничего не знаешь наверняка по поводу своего цикла и всего остального, верно? Всё это – всего лишь догадки и теории. И мы обязательно выясним правду.
От его слов под кожей разливается тепло. Эти тревоги никуда не уходят – и Мари думает, что вряд ли уйдут, – но это действительно может подождать. Заслуживает ли Джейк быть счастливым? Заслуживает ли он получить всё, чего хочет, будь это дети или что ещё угодно? Разумеется, да.
Но, кажется, сейчас он действительно хочет только её.
А значит, остальное можно отложить в долгий ящик.
*
Разумеется, у компании, которая досталась Алистеру от отца, есть частные самолёты. В какой-то степени это всё даже делает нелепой волокиту с документами, но теперь, имея удостоверение личности, Мари кажется, что у неё в рюкзаке лежит материальное подтверждение тому, что она существует.
И вот ведь дурость какая – Марикета впервые за всё время реально задумывается о том, что будет делать дальше.
Ну, кроме того, что повторно выйдет замуж за Джейка, разумеется. И того, что они планируют строить семейное гнёздышко на Ла-Уэрте.
Конечно, Джейк уже сообщил ей, что, где бы они ни были, он собирается продолжить зарабатывать на жизнь частными перевозками. Даже, кажется, каким-то образом утряс вопрос о земле на Ла-Уэрте, категорически отказавшись от этого щедрого подарка – вроде бы, договорился, что выкупит маленький островок, правда, частями. Эдакая дружеская ипотека.
А что будет делать она, Марикета? Без образования, без собственных средств, в одежде, купленной лучшим другом? Если бы было возможно восстановиться в Хартфилде – вот только как это сделать, учитывая, что по документам она никогда там не училась? И даже если бы такая возможность существовала, что ей даст степень по искусствоведению? Не то чтобы на Ла-Уэрте было много шансов применить это образование.
А, вот если бы она ещё могла рожать детей. Тогда точно было бы, чем заняться.
Помимо того, что она не знает, кто её родители и куда они подевались, она ещё и понятия не имеет, куда бы ей податься.
У Марикеты были бы все основания считать, что её жизнь – полное дерьмо, если бы не окружающие её люди. Если бы Мишель не приставала с материнскими вопросами на тему «ты не голодна?». Если бы Шон не утверждал, что скоро все эти смены часовых поясов закончатся, так что она сможет нормально отдохнуть. Если бы Эмили не донимала её расспросами о том, что Мари думает о каждом отдельно взятом фасоне свадебного платья. Если бы Радж не обещал, что закатит вечеринку века, когда Марикета наконец-то всё вспомнит. Если бы Куинн не пыталась отобрать у неё Снежка и не канючила, что будет скучать по лису. Если бы Келе не рассказывал ей отменные истории из своего детства, чтобы отвлечь от дурных мыслей. Если бы Майк не коверкал её имя всеми возможными способами, и если бы Эстелла его не одёргивала. Если бы Зара, отрываясь от своего планшета, не бросала на неё таинственные взгляды. Если бы Крэйг не пичкал её байками о том, как Мари круто сражалась с ваанти, когда они ещё считали их врагами (в эти байки Марикета слабо верит). Если бы Грейс не нуждалась в её собственной поддержке, расстроенная тем, что оставила дочь на попечение няньки. Если бы Алистер не заверял, что всё будет в порядке, что любые препоны, которые могут оказаться на их пути – сущая ерунда.
И если бы Джейк не держал её за руку, разумеется.
– Не хочешь вступить в клуб десятитысячников? – усмехается он, когда Мари просыпается посреди полёта после очередного короткого, выматывающего сна. На этот раз – об Арахнидах и о женщине с платиновыми косами, которая размахивала перед её лицом источающими жар катанами.
– Десяти… что? – Марикета зевает, в непонимании глядя на его хитрую ухмылку, и тут же спохватывается: – Боги, нет. Это самолёт Алистера! Какое-то извращение…
– Тогда хорошо, что ты не считала извращением то, что мы вытворяли в его доме, – фыркает Джейк.
От аэропорта Уэстовер в Спрингфилде, куда они прилетают, до Нортбриджа не так уж далеко, однако проблема оцепления всё ещё стоит ребром. Ал прямо из аэропорта совершает несколько телефонных звонков, и Мари удивляется, как деловой тон преображает Рурка-младшего.