– Мисс Марикета? – зовёт Таари. – Что с ней? Она заболела?
В этот момент Мари издаёт протяжный стон.
– Ей больно? – снова спрашивает Таари.
– Мой вождь, – встревоженно произносит Серакса, – что случилось?
– К ней возвращаются воспоминания, – тихо отвечает Вэйрин. – И я думаю, что ей действительно больно, Таари.
Мальчик хмурится, оглядывается на Диего и сжимает губы.
– Я сделал для мисс Марикеты, – говорит он почти виновато и протягивает Диего венок из светящихся цветков. – Думал, ей понравится.
– Ей понравится, – слабо улыбается Диего. – Я обязательно отдам ей, как только она проснётся. А пока беги. Ей нужно… Ей нужен покой.
Таари протяжно вздыхает, но, кивнув, уходит прочь.
– Мой господин… – начинает Серакса и осекается.
– Тебя тоже это касается, – жёстко говорит Вэйрин, – мы отправляемся на юг, в отель. Наши друзья уже должны были добраться сюда, а связаться с ними мы не можем. В моё отсутствие…
– Я знаю, – резко говорит женщина и, развернувшись, уходит за Таари.
Диего в какой-то момент даже хочет сделать мужу замечание, что не стоит разговаривать с военачальницей так грубо, но сейчас не время и не место. Обходными путями, чтобы не пересекать всю деревню, они идут в джунгли – туда, где заканчивается дорога и где ждёт машина.
– Мы с вами туда не поедем, – вдруг говорит Иви, останавливаясь на поляне. – Мы сделали, что должны были. Возвращайтесь, когда она придёт в себя.
С этими словами она резко разворачивается на каблуках и уходит в джунгли. Мал, пожав плечами, следует за ней. Меланте растерянно оглядывается на удаляющихся пиратов.
– Что это они?
– Машина их пугает, – раздражённо бросает Диего. – Ладно, а кого бы не пугала на их месте…
С тех пор, как Алистер и Грейс закончили строительство дороги, путь до «Небожителя» от Элистель стал почти что удовольствием – разве что если кто-нибудь реально может получить удовольствие от того, как машина скачет по кочкам. Будь у них больше времени – и если бы Мари не была в бреду – Диего предпочёл бы потратить день на пешую прогулку. Но сейчас приходится мириться с неудобствами, устраиваясь на водительском сидении.
А когда на полпути они едва не сталкиваются лоб в лоб с другой машиной, у Диего от адреналина темнеет в глазах, и он, в последний момент нажав на тормоз, вцепляется в руль так, что костяшки пальцев белеют. Автомобиль напротив замирает в воздухе – буквально – вместе со словно застывшими пассажирами.
И с заднего сидения осторожно выбирается хрупкая девушка с копной длинных тёмных волос. Её глаза кажутся огромными от шока, когда она совершает какие-то пасы руками, и остановившийся над дорогой автомобиль медленно опускается на землю.
– Я сейчас вас разморожу, – громко говорит она, – только обещайте не орать, все живы…
– Ева?!
Диего оглядывается на Меланте, которая выдирает ремень безопасности к чертям собачьим и выпрыгивает из машины. Она замирает в воздухе, словно её тоже заморозили, а потом подлетает к девушке и крепко её обнимает.
Девушка обнимает её в ответ с таким ошарашенным лицом, будто увидела привидение.
– Ме…ланте? – сипит она. – Ты… меня сейчас… нахуй задушишь.
– Извини, извини! – Мэл поспешно отстраняется от Евы. – Как вы здесь… Ты одна или?..
Ева склоняет голову, и её огромные глаза расширяются ещё больше. Не глядя на машину, она совершает ещё одно движение рукой, и в следующее мгновение из автомобиля высыпают незнакомые Диего люди – светловолосый мужчина в неуместном костюме, манерой одеваться неприятно напоминающий Рурка; смуглый парень с копной каштановых волос, удерживаемых на лбу очками-гогглами; шатенка с таким количеством макияжа на симпатичном лице, что могла бы соперничать с Мишель несколько лет назад в том, кто нанесёт на лицо больше косметики; и, наконец, молодой человек с раскосыми глазами.
И на глазах Диего все эти люди принимаются обниматься и восторженно что-то орать.
Всё понятно – это гости из Нортбриджа, друзья Меланте, из-за которых Марикета пошла на эту авантюру. В это мгновение, видя радость их воссоединения, Диего почему-то готов всех их возненавидеть.
Тем более, что Марикета вдруг снова кричит, и поток восторженных визгов обрывается с этим криком и тем, что Вэйрин выходит наружу, подхватывая Мари на руки.
Теперь уже из второй машины выходят все остальные. На лицах – спектр эмоций от недоверия и беспокойства до облегчения. Мишель моментально надевает маску всезнающего доктора и лезет в маленькую сумочку на поясе за нашатырём, который снова не приносит никакого эффекта; Шон принимается расспрашивать Вэйрина о том, что произошло, и вождь Элистель растерянно мнётся, пока Меланте рассказывает, как очнулась вместе с Марикетой в Разломе. Куинн закусывает губу и вдруг начинает рыдать, наверняка от облегчения, Келе хмурится, прижимая к себе Куинни и буравя неожиданно сжавшуюся Мари настороженным взглядом. А потом внезапно произносит: