К счастью, на этой части торжества не предполагается мужчин. Лишь бы не наткнуться на кого-то, пока будет подниматься на крышу…
А, нет, наталкивается. На Чарли – прямо в коридоре по дороге к лифту.
– Мари?
У него челюсть падает.
«Мари» – это для неформальной обстановки. А во время работы Чарли упорно называет её «мисс Фэй». Забавно.
– Ты что-то хотел? – резко спрашивает Мари, чувствуя себя до ужаса неуютно от того, что Чарли откровенно пялится на её ноги.
– Да, я… Я хотел спросить, ты… Ты пойдёшь со мной на свадьбу?
– Я пойду на свадьбу в любом случае, – раздражённо бросает Марикета, – и ты тоже, и не только потому, что это наша работа, ты помнишь?
– Я имел в виду… – Чарли отчаянно краснеет, поднимая, наконец, глаза на её лицо. – Как… Ну… Как моя пара? Пойдёшь?
Этого-то Марикета и опасалась – она старательно убеждала себя в том, что ничего такого в их общении нет, и игнорировала знаки внимания. Думала, что всё дело в недостатке опыта общения с противоположным полом – ведь это всегда был он, две тысячи раз – только Джейк.
– Чарли, – Мари закусывает губу, прикидывая, как бы отказать повежливее. – Я… Пойми, ты… Ты приятный парень, и я ценю твою дружбу, просто я… Я… – Как это объяснить? Имя Джейка было табу целых два месяца. – Я недавно развелась, – это, по сути, не совсем правда, ведь по-настоящему они никогда не были женаты. – Я просто не могу быть… чьей-то парой, даже на свадьбе, ты понимаешь?
Чарли краснеет ещё сильнее и кивает.
– Понимаю, Мари. Извини, просто я подумал… Но, в общем, неважно. Это же ничего не меняет, ну, между нами? Друзья?
Мари с трудом натягивает на лицо улыбку.
– Друзья, – отвечает она и торопливо обходит его, спотыкаясь на высоченных каблуках.
В лифте она откидывается на стену и зажмуривает глаза, стараясь не расплакаться. Столько времени запрещала себе вспоминать о Джейке, и вот, пожалуйста, расклеилась. Лифт поднимается быстро, и Мари сжимает руки в кулаки, до боли впиваясь в ладони ногтями – немного отрезвляет. Нужно держаться, потому что сегодня главное – этот девичник, который она устраивала с таким упорством.
Когда она видит своих подруг, собравшихся на крыше, улыбка получается искренней – и действительно отпускает. Становится проще не думать.
На виски Мари поначалу смотрит с опаской, поскольку после первой недели запоя держалась от алкоголя подальше. В её новом телефоне не было номера Джейка, но она опасалась, что, напившись, нашла бы его. Однако Мишель быстро впадает в истерику, заметив, что Марикета налегает на её мятный лимонад.
– Иди-ка ты в жопу, – заявляет она, – оставь это всё мне и не парь мне мозг!
И потом Мари решает, что, чем чёрт не шутит. На этой свадьбе она не только управляющая «Небожителем», но и гостья.
Спустя несколько шотов виски её развозит, и когда Эмили (одетая в ещё более короткое, хотя куда уж короче, платье и в красную бутафорскую фату) произносит очередной тост за самых лучших на свете подруг, вдруг начинает рыдать и лезет ко всем обниматься, становится почти хорошо.
Кому принадлежит идея спуститься в бассейн, Мари не запоминает.
И кататься с водной горки в платье оказывается забавно. Тем более, что намокшая ткань платья опускается ниже, чуть прикрывая обнажённые бёдра. Хотя Марикету это уже мало заботит.
– Как твои силы? – спрашивает Куинн, когда Мари устраивается в шезлонге рядом с ней.
Мари не сразу понимает, о чём она спрашивает. О моральных силах или физических?
– А, – отмахивается она, когда до неё запоздало доходит. – Ну, порталы не открываю, не летаю, время не останавливаю. Я… Нормальная, – Мари с трудом находит подходящее слово. – Не знаю, что случилось, но теория Дакса не оправдалась. Я не стала… В общем, всё в порядке.
– Значит, Дже…
– Завали хлебало, Куинн! – орёт Эстелла.
Но поздно. Мари уже додумала слова Куинн во всех различных вариантах. Усилием воли собравшись, Мари отбрасывает от себя тоску и встаёт с шезлонга.
– Кстати, а что там с мальчишником? – переводит она тему. – Крэйг мне ничего не рассказал.
Роль шафера досталась Крэйгу путём жеребьёвки, поскольку Радж так и не смог выбрать кого-то одного.
– Они в Элистель, – Эмили едва ворочает языком. – Что-то там у них… С Т’Каалом… Тигриное родео…
После этих слов Марикета мрачнеет. Точно такой же, с позволения сказать, мальчишник был у Джейка перед… Перед…
ТИХО, БЛЯДЬ.
– Почему мы не танцуем? – с трудом узнавая свой голос, громко спрашивает Марикета. После чего, едва не выпадая из мокрых босоножек (додумалась же лезть в бассейн в обуви, пьяная идиотка), подходит к стереосистеме и врубает музыку.