– По поводу того, что случилось вечером, – проклиная себя за пылающие щёки, шепчет Мари, – я…
– Слушай, Принцесса, – резко перебивает Джейк, – я не собираюсь за это извиняться, поняла?
А я не хотела твоих извинений, но, раз уж ты об этом заговорил…
– А что, ты считаешь, что извиняться не за что? – Мари моментально впадает в ярость. Или всё дело в выпитых коктейлях? Три ликёра, гренадин, что там ещё…
– Да, я, блядь, считаю, что извиняться не за что, – с вызовом отвечает он, – я не думаю, что должен извиняться за то, что хочу тебя.
Марикета обескураженно моргает. Нет, тут, как бы, всё было очевидно, но ещё ни один мужчина, насколько она помнит, не говорил с ней так… откровенно.
«Насколько она помнит…» До чего неприятная мысль.
– Спать, – выдыхает она, делая вид, что слова Джейка нисколько не тронули её.
– Проводить тебя? – хитро спрашивает он, и Мари широко распахивает глаза.
– Когда-то ты уже…
– Да, – просто отвечает Джейк, и ей становится неожиданно неуютно от того, что ей даже не пришлось заканчивать вопрос.
– А в тот раз я…
– Нет, – качает головой Джейк, – в тот раз ты тоже отказалась.
Марикета встаёт со стула и ставит бокал с недопитым коктейлем на стол.
А после, даже ни с кем не попрощавшись, позорно сбегает в номер. Падает на кровать, лёжа стягивает с себя чёртовы шорты и даже не трудится залезть под одеяло – кутается в покрывало и закрывает глаза, пытаясь заставить себя уснуть под аккомпанемент бешеного сердцебиения.
Перед тем, как Морфей открывает ей объятия, под закрытыми веками мелькают образы, которые она не может разобрать.
Ей снится вечеринка на крыше отеля. Смех, шутки, музыка… Люди, которых она едва знает, но к которым уже определённо что-то чувствует…
Радж, такой улыбчивый, говорит длинный тост, от которого даже во сне ей кажется, что она сейчас расплачется.
А у её ног крутится пушистый зверёк, похожий на лисёнка, только с голубым мехом.
========== 5: wrong ==========
And there’s nothing that I can do,
except bury my love for you
Утро встречает Мари солнечным лучом, светящим прямо на лицо. Поморщившись, она переворачивается на другой бок, но снова уснуть не удаётся. Покрутившись ещё немного, Марикета сползает с кровати и плетётся в душ, проклиная тот факт, что не задёрнула с вечера шторы.
После душа, с лёгкостью смыв с себя остатки сна и с трудом – каким-то образом запутавшуюся в волосах муку, Мари достаёт из неразобранного чемодана первую попавшуюся тряпку и, одевшись, выходит на балкон.
Даже для конца мая здесь слишком жарко. Марикета опирается на перила, любуясь видом – что-что, а место для гостиницы Куинн и Келе выбрали очень живописное. Даже отвлекает немного от мыслей о… синем лисёнке. Серьёзно? Наверное, всё дело в выпитых накануне коктейлях, приснится же такое…
Вернувшись в комнату, Мари обнаруживает, что она не одна. Впрочем, почему-то присутствие Джейка, прислоняющегося к стене, скрестив на груди руки с таким видом, будто это его номер, её совершенно не удивляет.
«Я не думаю, что должен извиняться за то, что хочу тебя». Никак не идёт из головы и скручивает внутренности узлом.
– С добрым утром, – спокойно говорит Мари, словно вообще ничего из ряда вон выходящего не происходит – ни в данный момент, ни в целом между ними.
– Тебе того же, – незамедлительно отвечает Джейк. – Ты слышала о том, что двери надо запирать на ночь?
Марикета краснеет. Действительно, это уже второй раз подряд… Дурная привычка. Но Джейку она отвечает довольно резко.
– Я, видишь ли, не ждала с утра гостей.
– Напрасно, – усмехается Джейк, оценивающе глядя на Мари. От его взгляда она ещё больше краснеет. – Ты в платье.
– Да… И что? – Марикета неожиданно чувствует себя жутко неуютно от того, что первым предметом одежды, который попался ей под руку, оказался этот совершенно нелепый сарафан… Твою мать. А спонсор сегодняшнего дня – сарафан в цветочек. Сарафан в цветочек – ещё один повод грохнуть Диего!
– Непривычно, – пожимает плечами Джейк.
– Зачем ты пришёл?
– Соскучился, – с обескураживающей прямотой отвечает он. – А ты?
– А я нет, – бросает Мари, чувствуя, как краснеют уши. Она… Врёт. Кажется.
– Ты уверена? – Когда он успел подойти так близко?
– Я… да… Я уверена, – тихо отвечает Марикета.
А когда он касается её лица рукой, когда приподнимает пальцами подбородок, когда его дыхание обжигает ей губы, Мари понимает, что ей не кажется. Она на самом деле врёт.