– Буду премного благодарен, – улыбается Шон, не обращая внимания на недовольные взгляды Мишель.
– Да, Дедуля, благотворительность кончилась, – подхватывает Майк, обращаясь к Джейку, – завтра сам сядешь за руль своей развалюхи, так что сегодня моя очередь напиваться в слюни.
– Сам ты развалюха, – обижается Джейк, впрочем, тут же переводя взгляд на Марикету. – Так что… Принцесса, проводить тебя?
Мари чувствует, что все взгляды обращаются к ней, и густо краснеет.
– Да, конечно, только ключи от моего номера…
– Уже у меня, – Джейк демонстрирует ей магнитную карту. – Идём?
– Нахрена я два номера бронировала, – вздыхает Мишель.
– Я ей сказала то же самое, – фыркает Эмили.
Джейк подхватывает сумку Марикеты и приглашающе указывает в сторону лифта. Мари проходит мимо друзей с бравадой, которой на самом деле не ощущает, и, едва двери лифта закрываются, выдыхает.
– Такое ощущение, что всем на свете интересна наша личная жизнь, – бормочет она, наклоняясь, чтобы потрепать Снежка по загривку.
– Привыкай, Принцесса, – усмехается Джейк, – в этой компании все бесконечно лезут в дела друг друга.
– Знаешь, – задумчиво говорит Марикета, – первый сон о тебе, который мне приснился, был про лифт.
– И что там было? – с интересом спрашивает Джейк.
– А ты не знаешь?
Тихий звонок оповещает, что лифт прибыл на нужный этаж.
– Нет, – пропуская Марикету вперёд, отвечает Джейк, – хотя… Был один момент. Надо было, конечно, ещё тогда…
– Подожди, – хмурится Мари, – там было так: ты сказал мне, что я не должна думать, будто тобой можно манипулировать…
– И ты ответила, чтобы я напоминал себе об этом почаще, – кивает Джейк. – А потом мы прибыли на место назначения и всё такое. Надо было нажать на «стоп» и… – Марикета качает головой. Странно. – Так, вот мы и пришли, – замечает Джейк, прикладывая магнитную карту к замку. Как только дверь открывается, Снежок забегает в номер впереди планеты всей и тут же устраивается в кресле.
– Этот лис, – бормочет Мари, – может спать двадцать часов в сутки, по-моему.
Джейк закатывает глаза.
– Точно.
Он проходит в номер и ставит сумку Марикеты на пол около шкафа.
– Ой, а где твои вещи? – внезапно спохватывается Мари.
– У меня в номере, – пожимает плечами Джейк. – Оставил, пока вы нас догоняли.
– О, – Мари округляет глаза. Она-то думала… Впрочем, неважно.– И… м-м… чем планируешь заняться?
– Ну, знаешь, – брови Джейка взлетают вверх, – возможно, сумею дождаться ужина. Или вырублюсь сразу. Или… Не знаю.
Марикета прислоняется к дверному косяку.
– Ясненько.
– Ну а ты?
– Думаю принять душ, – равнодушно бросает Мари. Так, Арагорн, прекращай эту игру, мне надоело. – И лечь спать. Нам же вставать ни свет ни заря…
– Душ – это отличная идея, – с таким же безразличием в голосе отвечает Джейк. – Как считаешь, здесь достаточно большие душевые кабины?
– Для чего?
– Для двоих.
Марикета не может сдержать торжествующей улыбки.
– Определённо нужно про…
Она не успевает договорить, потому что в следующую секунду Джейк отрывает её от дверного косяка и прижимает к себе, жадно целуя. Замок щёлкает, когда Мари чувствует спиной эту чёртову дверь, и руки Джейка по обе стороны от её головы создают странное ощущение защищённости и спокойствия, резко контрастирующее с охватывающим всё тело возбуждением.
Джейк тянет её в ванную, и путь в несколько футов растягивается на долгие минуты, потому что он ни на мгновение не выпускает её из объятий и почти всё время не отрывается от её губ.
Только в ванной (душевая кабина кажется достаточно подходящей, впрочем, даже если бы это было не так – плевать) он разжимает руки. Марикета отступает от него на шаг и будто не может отвести от него взгляда на более долгий срок, чем нужно, чтобы снять майку. Джейк повторяет её движение, словно загипнотизированный. Она расстёгивает пуговицы на своих шортах, которые соскальзывают с её ног и тут же оказываются в противоположном конце ванной, когда Марикета отпихивает их в сторону. Туда же отправляются шорты Джейка. Марикета заводит руки за спину и выгибается – ткань бюстгальтера натягивается на её груди.
– Чёрт, эти дороги меня с ума сведут, – ворчит она и тут же неуловимым движением избавляется от лифчика.
Джейк не может сдержать судорожного выдоха. Неважно, сколько раз он лицезрел её в таком виде – её красота каждый раз поражает его, словно впервые.