к двум часам ночи, свернувшись на краю кровати комочком. Рядом лежала футболка, а в руках находился телефон. Неотправленное сообщение валялось в черновиках, но, по “счастливой” случайности, экран разблокировался, и Мэй, в очередной раз сжав в руках гаджет, ненамеренно нажала на кнопку “отправить”. Сообщение тут же дошло до Таскэ, который в это время как обычно бодрствовал. Его работа позволяла ему не спать по ночам, поэтому он сидел у себя в комнате, занимаясь написанием новой песни. Экран телефона вдруг засветился, показывая одно новое сообщение. Мужчина на секунду отвлекся, надеясь на то, что ему написала Иши, так как скоро она должна была сообщить, когда её можно встретить с больницы. Таскэ схватил телефон и увидел надпись, которая заставила его застыть на том же месте. “Привет. Знаю, что бесполезно писать тебе сейчас, но я всё-таки хотела сказать, что очень дорожу тобой. Мои чувства к тебе не пропадут, даже если ты возненавидишь меня! Да, со временем они могут угаснуть, но… Я клянусь, что буду рядом с тобой, если ты дашь мне шанс!” Таскэ переменился в лице. Поддавшись эмоциям, он кинул телефон на подушку и со всей силы ударил ногой по ножке кровати, даже не почувствовав боли. Настрой на написание песни пропал так же быстро, как и появился. Спустя какое-то время мужчина всё же успокоился, наконец поняв, что его собственная нога начала ныть. Гитарист очень редко выходил из себя, и чтобы достать его, потребовалось бы немало усилий. Лишь у Мэй получилось. Киришиму разбудила вибрация телефона. Девушка подумала, что это звонит её мама, но, увидев на экране большие буквы “Таскэ-сан”, она тут же вскочила с кровати, и, стараясь унять частое сердцебиение, ответила на звонок. — Д-да? Что случилось, Таскэ-сан? Как там… Иши-сан?... — Мэй передёрнуло, когда она произнесла ненавистное имя. На том конце провода молчали, поэтому девушка продолжила свой монолог. — Прошу! Выслушай меня! Я… — Мэй-чан. Нет… Мэй, — мужчина откашлялся, — ты ведь уже взрослая девочка, верно? Я могу разговаривать с тобой, как со взрослой. Киришима почувствовала, что её щёки начинают краснеть. Она представила, что сейчас услышит заветные слова, друзья помирятся и в конечном итоге станут парой. Мысли об этом вскружили девушке голову, пусть Мэй и постаралась взять себя в руки, ибо Таскэ обращался к ней с серьёзными намерениями. Пусть она и не знала с какими конкретно. — Таскэ-сан, я взрослая. И я готова на всё ради тебя! — Киришима прикрыла рот рукой, ощущая лёгкую дрожь по всему телу. Сейчас её эмоции зашкаливали, а сердце будто бы пыталось выпрыгнуть из груди. — Я рад. Тогда ты поймёшь меня, — мужчина усмехнулся. — Когда? мы можем встретиться? Я бы хотел рассказать тебе кое-что очень важное. Объяснив нынешние обстоятельства, Мэй назначила встречу на вечер вторника. Оставалось лишь два с половиной дня до долгожданного момента, что сразу же подняло девушке настроение. Теперь Киришима могла веселиться в Токио-3 вместе с Вайолет, и её не тревожили мысли о любимом, ведь он уже дал понять ей, что не испытывает к ней ненависти. В то же воскресенье подруги успели посетить центр города, некоторые красивые места, разрушенные Ангелами, а также снова застать Аянами Рэй. Казалось, что она берётся из ниоткуда. Просто появляется, пугает своим видом, после чего пропадает. На этот раз на лице девушки не было повязки, поэтому Мэй в какой-то степени смогла рассмотреть её глаза. Киришиму поразило то, что жители спокойно реагируют на голубовласую незнакомку с рубиновыми глазами.“Откуда она вообще взялась? Такая странная”, — Мэй задумалась об истинной причине появления Рэй на свет. Девушка никогда бы не поверила в то, что она родилась такой без медицинского вмешательства. — “А вдруг на ней проводят опыты?! Это объясняет её…. Вид…” В мыслях тут же всплыл вчерашний образ замученной бедной девочки, которая будто бы сбежала из лаборатории. — А эта ваша… Аянами Рэй… Что ещё ты о ней знаешь? — Киришима коснулась плеча Вайолет, когда та ела мороженое. Девушка улыбнулась, явно обрадовавшись заинтересованности подруги. — Просто… Меня не покидает чувство, будто она подопытная крыса у её отца. Раз он управляет роботами, то, получается, у него есть огромная власть. Это ведь можно использовать в своих корыстных целях, верно? — На самом деле никто не знает о ней настолько подробную информацию, — Вайолет усмехнулась, переводя взгляд на ближайшие многоэтажки. — Мне тоже казалось, что Рэй… Немного странная. Ну, сама понимаешь. Цвет волос, глаза… Мы все сначала думали, что она неформалка, любящая нарушать школьные правила, но наши догадки оказались провальными. Услышав это, Мэй тоже засмеялась. Честно говоря, девушка уже не переживала об отношениях с Таскэ, благодаря чему наконец смогла бы углубиться в изучение незнакомки. Её останавливало лишь одно — время. Его было слишком мало. За пару неполных дней просто невозможно сблизиться с человеком, а уж тем более выпытать у него всю подноготную. Это казалось невозможным ещё и по отношению к объекту изучения. Аянами Рэй выглядела слишком загадочной. Вряд ли она готова сблизиться с каждым встречным, кто пытается выпытать у неё нужную информацию. Недоступное, похоже, всегда манило людей. В последний день Вайолет решила показать Киришиме самую прекрасную по её мнению часть города — озеро Асиноко. Оно находилось буквально в трёхстах метрах от дома, поэтому добраться до него не составило особого труда. Как только Мэй увидела чарующий вид на Фудзи, мгновенно застыла от изумления. Глаза девушки светились от счастья. Вайолет заметила это и, осторожно взяв подругу за руку, потащила ту к воде. Киришима засмеялась, последовав за ней, но, дойдя до края берега, она вдруг остановилась. Ей не особо хотелось мочить свои брюки, а подворачивать их было достаточно проблематично, поэтому ей пришлось остаться на суше, пока Вайолет забежала в воду по щиколотку. — Я не хочу уезжать, — Мэй вдруг подняла голову и уставилась на закат засыпающего Солнца. Грудь сдавила неприятная тоска. Радовало только то, что завтра вечером девушка сможет наконец встретиться с Таскэ. — Вот бы я смогла уговорить маму оставить меня здесь… Но будет проблематично следить за Таскэ-саном. Да и… Вообще общаться с ним. — Мэй-чан, — Вайолет крепко обняла подругу, стараясь её успокоить, — ты ведь ещё будешь приезжать, я уверена! Но, если честно, то я бы хотела, чтобы ты осталась… Киришима нежно улыбнулась и прижала к себе Вайолет, поглаживая ту по длинным волосам. Приятный ветерок охлаждал щёки Мэй, когда она снова думала о Таскэ. Оставалось совсем немного. Ощущение свободы вдруг начало угасать, а сама девушка почувствовала на своих руках оковы, которые не давали ей заниматься тем, о чём она мечтала. Телефон, находящийся в кармане, зазвонил в пятидесятый раз за последние три дня, и Мэй пришлось ответить на звонок ей матери, не заставляя её ждать. Последнюю ночь Мэй провела без сна. Волнение, вызванное плохими мыслями о предстоящей встрече, просто не давало ей расслабиться. В голову лезли события прошлой недели: молодая девушка ломилась в дверь любимого человека. Эмоции в тот раз вышли из-под контроля, из-за чего сейчас ей было жутко стыдно. Киришиме вдруг снова начало казаться, что Таскэ хочет её поругать, поэтому она, стараясь игнорировать жуткие мысли, накрылась одеялом и стала представлять себе идеальную жизнь, как любила это делать ещё до знакомства с первой любовью.