щие чувства! Вообразила себе, что любишь Икари-куна, пытаясь помешать Аске! В этой ситуации Киришима больше поддерживала Юкину, потому как знала значение слова “ревность”. Ревность порождает ненависть. А в случае подруги объект, к которому ревновали, напоминал Мэй Иши, а та, в свою очередь, отдалённо походила на Аску. Они обе с лёгкостью оскорбляли тех, кого якобы любили. Такое поведение было недопустимым, а потому Киришима не могла поддержать подобный вид отношений. Непонятыми остались только намерения Элис. Ей хотелось, чтобы пилоты были вместе, но она ведь видела их взаимодействия. Сорью действительно постоянно задевала Икари. Он даже не мог дать ей отпор, стараясь выдержать любые словечки в свой адрес. — Так что произошло дальше? — Мэй уставилась на Юкину. Та почесала затылок, припоминая все события в деталях. — Мне очень нужно знать! — Я лишь слышала крики той рыжей, когда на неё направили гигантский луч света. Шёл дождь, поэтому мне пришлось прятаться в кустах, а оттуда не такая хорошая видимость, — девочка скрестила руки на груди, уставившись на прохожих. — А потом появилась Аянами-сан и кинула какую-то штуку в небо! После этого всё закончилось… Киришима не могла поверить своим ушам: интуиция её не подвела. Она ведь с самого начала сомневалась во втором дитя, а тут ей ещё и доказали, что она правда облажалась. После полученной информации девушке стало намного легче, и она, улыбнувшись, поблагодарила Юкину. К компании подруг подошли двое взрослых, чтобы забрать Мичиру, поэтому девушки быстро попрощались с ней, ожидая отбытие поезда. — Я вернусь, когда Аска и Икари-кун будут вместе, — Элис помахала Мэй рукой и скрылась в вагоне. Киришима в очередной раз усмехнулась, переводя взгляд на Юкину. Та вдруг переменилась в лице. Впервые девушка застала подругу в плохом настроении. Как оказалось, девочке уже давно нравился Синдзи, но она боялась заговорить с ним, ведь он был героем для всех. Она понимала, что он не обратит внимание на такую, как она, потому оставила все свои попытки понравиться ему. Мэй задумалась об этом, вспоминая себя месяц назад. Ей казалось, что она сильно изменилась за это время, ибо начала трезво оценивать свои шансы и чувства других людей. Похвалив Юкину за то, что она повзрослела так быстро, Киришима ушла покупать оставшиеся билеты. “Хоть что-то…” — девушка повертела бумажку в руках. В самом углу была написана завтрашняя дата и время отправки. Оставалось совсем немного до отъезда, и Мэй решила потратить оставшиеся часы на прогулку по самым мирным местам. Ей всё ещё было страшно, но она успокоила себя тем, что находится в надежных руках Аянами-сан. Ей она могла довериться, ибо девушка ещё ни разу не подвела человечество, пусть и выглядела очень хрупкой, готовой сломаться на части в любой момент. Киришима зашла домой, сообщив Вайолет о предстоящем. Подруга грустно вздохнула, но она понимала, что не стоит рисковать здоровьем гостьи, а потому поддержала её. В Токио-3 временами было очень опасно, и Вайолет не хотелось, чтобы с ней что-то случилось. Она помогла собрать Киришиме вещи, после чего сама Мэй, захватив скетчбук, решила в последний раз полюбоваться прекрасным видом с берега Асиноко на Фудзи. Последняя неделя тянулась, словно месяц. Уже завтра наступит 1-ое марта, но Мэй не сможет застать начало весны в Токио-3. От этих мыслей становилось грустно, и девушка, опустив голову, замедлила шаг. Ей не хотелось возвращаться домой только по одной причине: в Токио-2 до сих пор жил Таскэ. У девушки не было желания видеть его, но она понимала, что со своей “удачей” точно не сможет избежать встречи с ним. Киришима имела большие надежды на Токио-3. Ей казалось, что этот город сможет вернуть ей мотивацию и помочь ей наконец поверить в себя. А главное — поверить в то, что её творчество кому-то нравится. Девушка остановилась, пролистала изрисованный лишь на одну четвёртую часть скетчбук, а после стала рассматривать каждый набросок подробнее. Она видела регресс, ведь любая следующая работа была в пару раз хуже предыдущей. “Ты поступил правильно, когда не стал поддерживать меня в творчестве…” — Мэй нервно засмеялась и, захлопнув скетчбук, побежала к берегу. Попутный ветер помогал ей двигаться, будто пытаясь дать Киришиме почувствовать свободу в последний раз. — “Но мне нужен ещё один шанс!” Мэй добралась до Асиноко, когда Солнце уже садилось. Оно пока не успело спрятаться за горой, но уже собиралось сделать это. Ожидая, что рядом никого не будет, Киришима пыталась присмотреть себе самое лучшее место, чтобы зарисовать Фудзи, как вдруг заметила незнакомый силуэт. “Я думала, что одна восхищаюсь этим видом”, — девушка стала осторожно спускаться к воде, всматриваясь в очертания незваного гостя. Ей вдруг показалось, что она видела его раньше. Юноша стоял спиной, поэтому было достаточно проблематично узнать его. — “Ни разу не видела здесь людей…” Киришима подошла ближе к краю берега, где стоял парень, но вдруг её остановило накатывающее волнение. Сердце забилось так, будто пыталось выскочить из груди, а в глазах потемнело. Спустя пару секунд Мэй наконец поняла, что это тот самый юноша, которого она видела, когда пыталась купить билеты. Тот самый юноша с пепельным цветом волос. — Тебе не хотелось быть замеченной? — парень усмехнулся, обращаясь к Киришиме. Он по-прежнему был повёрнут к ней спиной, но девушке показалось, что он смотрит на неё. — Ты крадёшься, словно кошка, которая не желает спугнуть свою добычу, верно? Мэй замерла на месте. Она хотела ответить что-то незнакомцу, но в горле застрял ком, а тело не слушалось. Такое редко происходило с ней и лишь тогда, когда рядом находился Таскэ. Сейчас же Киришиму сбил с толку пепельноволосый юноша. — Ты напугана? Извини, это не входило в мои планы, — парень вдруг повернул голову в сторону. Его глаза были прикрыты, а на лице сияла широкая улыбка. Под странным углом обзора Мэй показалось, что она фальшива, но гость отвлёк девушку от этих мыслей, повернувшись всем телом. Он продолжал держать глаза закрытыми, пока не услышал, что Киришима сдвинулась с места. Тогда он уставился на неё гранатовыми радужками, поблёскивающими даже в его собственной тени. — Я — Каору. Нагиса Каору. Меня интересует, смогла ли ты достичь цели, Киришима Мэй-чан?