нала слышать голоса. Один из них точно принадлежал Каору, а второй был более высоким и будто бы молящим о помощи. Мэй подкралась к двери и прижалась к ней ухом, стараясь разобрать происходящее внутри класса. Она слышала грустный тон голоса Нагисы, который, похоже, просил о чём-то, а второй человек, находящийся рядом, кричал в ответ. Девушка расслышала лишь обрывки фраз: “Не трогай меня! Я не могу с мальчиком… Это ненормально!” Мэй тут же открыла дверь и замерла на месте, увидев перед собой Каору и Синдзи. Сумка с грохотов выпала из её рук. Тёмноволосый юноша старался оттолкнуть своего друга, пока тот тянулся к его губам, говоря о том, что Лилим так проявляют свою заботу. По щекам девушки потекли слёзы, а сердце будто бы сжали в кулак, не давая ему стучать. Боль пронзила всё тело. Эмоции Киришимы смешались, а её лицо исказила гримаса ужаса с нотками презрения во взгляде, когда она посмотрела на Икари. “Он… Он просто использовал меня, чтобы научиться взаимодействовать с другими людьми?” — в голове Мэй всплыли события прошлой встречи, тогда она нежно целовала Нагису в щёку, показывая ему свою заботу. — “Всё это время он просто пользовался мной?..” Каору тут же отстранился, отводя алый взгляд в сторону. Ему не хотелось сейчас смотреть на Киришиму и даже произносить лишний звук, поэтому тот просто замер, засунув руки в карманы брюк. В классе стояла мёртвая тишина. Атмосфера давила на разум каждого присутствующего, и Синдзи в конце концов сдался. Он упал на колени, закрыв лицо руками, а после произнёс: — Каору-кун, я больше не могу так. Ты мой друг. Мне действительно нравится проводить с тобой время, но… Эти действия странные! Я хочу, чтобы наши отношения ограничивались просто дружбой, — парень услышал шаги со стороны входа в кабинет, которые медленно приближались к нему. Он испугался, что сейчас может произойти нечто ужасное, но Киришима присела рядом с ним, лишь опустив голову. — Зато я не хочу, — Мэй зажмурилась, стараясь сдержать свои эмоции. Ей хотелось схватить Синдзи за шею и придушить его прямо там, с громким хрустом ломая позвонки. Длинные ногти впивались бы в тонкую кожу, разрывая её до мышц. Поняв, что такими темпами девушка точно потеряет контроль над собой, она обняла себя руками. — Нагиса-кун, почему ты всё ещё пытаешься сблизиться с человеком, который не ценит тебя? — Я бы хотел задать тебе тот же самый вопрос, — Каору поджал губы, которые через секунду расплылись в кривой улыбке. Было видно, что он старается выдавить из себя положительные эмоции, но Киришима уже давно научилась отличать фальшь в выражениях его лица. Взгляд всегда выдавал настоящие чувства. — Ты пытаешься сблизиться с тем, кого ненавидишь. Эти слова ранили её сердце. Они будто разрезали его на миллиард маленьких кусочков, вонзаясь самым остриём в грудь. “Ненавижу? Почему ты говоришь это?!” Девушка подняла голову, сталкиваясь с алыми глазами. Каору пытался выглядеть отстранённым, как в прошлый раз, когда только познакомился с Синдзи. Сейчас же его глаза блестели, широкие зрачки устремились прямо на Мэй. Юноша практически не моргал, лишь наблюдая за действиями подруги. Она вдруг увидела еле заметный румянец на щеках любимого, но тот, поняв, куда смотрит Киришима, сразу же отвернулся, грустно усмехнувшись. — Лилим такие странные создания. Ваши действия противоречат вашим словам. Так к чему же я должен прислушиваться? — Нагиса забрал свою сумку, которая всё это время спокойно стояла на крышке рояля, дожидаясь владельца, и вышел из кабинета, оставив Мэй и Синдзи наедине. Девушка поняла, что ей нужно сейчас же бежать за ним, но её остановил синеглазый парень, который сидел рядом. — Он ведь знает, что Аска была дорога мне… И он всё равно говорил про неё ужасные вещи, — юноша вытер слёзы, поднимаясь на ноги. Мэй продолжала сидеть на коленях, немного дрожа от напряжения. В голове всё ещё крутились мысли о том, что её просто использовали, а сейчас пытаются избавиться, как от ненужной игрушки. Но взгляд Каору будто бы просил о помощи. За этот месяц девушка смогла хорошо изучить его, и уже понимала, когда ему действительно грустно. — А я доверял ему! Доверял… — Ты не принял его, — Мэй встала с колен, отряхивая низ сарафана, успевший запачкаться. Она всё никак не могла отойти от сказанного, потому не особо слушала Синдзи, думая только о чувствах Каору. Он так нежно смотрел на неё, при этом пытаясь ранить до глубины души. Девушка не понимала, почему тот так относится к ней, ведь всё было отлично буквально неделю назад. А сейчас он опять строил между ними невидимые стены. — Ты не смог понять его. А я хочу помочь ему! Я хочу сделать его счастливым. Мэй накинула на плечо сумку, Она слышала неразборчивый шёпот за своей спиной, но пыталась полностью игнорировать его. Икари подошёл к окну в попытках отыскать Нагису, хотя знал, что он уже наверняка покинул территорию школы. К счастью, рядом с воротами мелькнул силуэт, и юноша понял, что это был его друг. Оповестив Киришиму о замеченном, Синдзи повернул голову к дверям. Девушка стояла в проёме, сжимая в руке лямку сумки, висевшей на плече, а по её щекам текли слёзы. Она знала, что прямо в эту секунду должна бежать к Каору, но ноющее чувство в груди останавливало её. — И я сделаю. Девушка набралась смелости и помчалась к выходу, по дороге выронив из сумки свой скетчбук. Она не слышала, как он упал на гладкий пол, ведь звон в ушах заглушал стук маленьких каблучков. Мэй даже не знала, куда направился её любимый, потому решила позвонить ему, но, как и ожидалось, он не ответил. Вторая попытка была ещё более неудачной, ведь в этот раз гудки полностью отсутствовали. Каору выключил телефон, чтобы его никто не нашёл. Но Киришима не собиралась так просто сдаваться. Она знала, что юноше требовалась помощь, потому продолжила свои тщетные попытки дозвониться. Каждый раз голос на другом конце провода оповещал о том, что телефон абонента находится вне зоны доступа. Кинув свой гаджет в сумку, Мэй выругалась. Киришима вовсе не злилась на Каору. Ей было обидно, что она так эгоистично вела себя всё это время, не замечая настоящих чувств любимого. Он ведь стремился сблизиться с Синдзи. Мэй хотела оградить его от этого, ведь понимала, что этот человек не ценит его. Понимала, что Нагисе будет очень больно, если первый человек, которого он полюбил, отвергнет его. Думая об этом, девушка даже не заметила, как добежала до станции. Первым делом она решила проверить парк, где в прошлый раз прогуливался Каору до того, как было совершено нападение. *** Весь день был убит на бессмысленные поиски, которые так и не принесли своих плодов. Отчаявшись окончально, Киришима решила вернуться в южную часть Токио-3. Пусть там и было опасно, сейчас ей больше всего хотелось побыть наедине с собой. Каждый шаг давался с трудом, лёгкие горели изнутри, уставшие после сегодняшнего “марафона”. Мэй держала лямку сумки несколькими пальцами, волочив ту по земле. Синяя ткань изменила свой цвет уже через пару секунд, но девушка не обратила на это внимания. Упав на колени от усталости и немного разодрав их в кровь, девушка уставилась на гору. Солнце медленно пряталось за неё, оповещая жителей города о приближении ночи. Мэй понимала, что не сможет вернуться домой до наступления темноты, ведь теперь жила достаточно далеко отсюда, а метро не работало с прошлой недели. Весь маршрут она преодолела лишь при помощи своих ног. — Я не понимаю поступков Лилим. Вы готовы жертвовать своим здоровьем ради тех, кого ненавидите. Вы действительно удивительные создания, — к Мэй подошёл знакомый юноша. Он не спешил садиться рядом с ней, а просто стоял вблизи, наблюдая за реакцией знакомой. Та резко вздрогнула, услышав родной голос, и тут же поднялась на ноги, не обращая внимания на пульсирующую боль в коленях. — Чего же ты хочешь на самом деле, Мэй-чан?